Пропавшая

Как в том ужастике, ну, где коровы терялись, а потом прямо из земли полезло…

– З-заткнись! – Вася сделала движение, будто хотела зажать уши. – Ты же знаешь, я терпеть не могу всякое такое!

– Но мы как раз в центре…

– Вот именно! Нашёл, где рассказывать!

– Извини. – Егор не поленился подойти к сестре и взять за руку. – Просто тут всё будто насквозь чувствовать можно, вот я и не подумал. Ну, ты чего?

– Ладно, проехали. – Насупившаяся Василиса шмыгнула носом и махнула рукой. – Пошли уже.

И двинулась к дальнему дому, который мы должны были осмотреть одним из последних.

– Вася, – я догнал дочь, – почему туда?

– Так мамин дневник… ой. – До неё дошло.

– Кр-руто. – Егор попытался сделать одухотворённое лицо, видимо, концентрировался на ощущениях, и покачал головой. – Ничего не чувствую. Знаешь, даже завидно.

– Прогиб засчитан, – снисходительно оповестила маленькая манипуляторша, знавшая, что более всего брат терпеть не может того, что у неё вызывает страх. Именно так она, кстати, и отучила Егора смотреть фильмы ужасов.

 – И ты, кстати, прав, тут, в центре, всё ощущается гораздо лучше, а мы кругами по деревне ходили.

Н-да. Косяк. Причём мой. Мне сначала тут было очень не по себе, а уж выйти на середину открытого места и вовсе казалось плохой идеей почему-то. Видно, я тоже отчасти чувствую пси, только совсем не так, как те, кто могут ею управлять. А что будет во Вселенной-один с её низким затуханием? Впрочем, туда ещё предстоит попасть.

Кристалл гордо лежал посреди стола небольшой и какой-то уютной комнаты, такой же пустой, как и в доме над ангаром, но чем-то неуловимо отличавшейся.

По крайней мере, здесь сохранялось жилое ощущение, или я просто стал привыкать к воздействию? Кроваво-красный кристалл, по сравнению с булыжником из нашего дома, казался маленьким. Размером чуть больше крайней фаланги мизинца, но от него исходило некое ощущение, нет, не угрозы. Кристалл словно спрашивал: «Ты точно хочешь взять меня в руки?» Почувствовал это не только я, дети остановились, не дойдя до стола одного шага, переглянулись, и камень решительно взял Егор. Повертел в руках, удивленно вскинул брови. Ощущение давления пропало как отрезанное!

– Дай мне, – тут же потребовала дочь и, заполучив просимое, застыла, зажмурившись. Несколько секунд ничего не происходило, старшенький начал как-то подозрительно переминаться. Вовремя я отвлёк его от двигателя тарелки!

– Ага! Явились-таки.