Станционный правитель

– Ничего, вы и так хорошо поработали, – утешаю ее я совершенно искренне.

То, что Бриа, конечно, ни над чем не работала, а просто озвучила условия, предусмотренные для меня по условиям этого странного эксперимента, мне снова приходит в голову буквально секундой позже, чем я озвучиваю похвалу своей заместительнице.

Бриа вымученно улыбается.

– Спасибо на добром слове, капитан.

– Нирс, – теперь поворачиваюсь к другому своему заму, – теперь доложите обстановку на станции.

И Нирс начинает докладывать.

В этот раз он говорит словами, подробно и обстоятельно. Куда подробнее, чем я привык по прежнему режиму игры, когда неписи проговаривали только самое важное, а все остальное подавалось в виде цифровых сводок или записей в логах, которые нужно было откапывать самостоятельно. Или не откапывать – это я дотошничал, а в принципе, можно было играть и без этого.

Белкину быстро становится скучно, он спрыгивает у меня с рук и отправляется в обход рубки.

Она почти не изменилась, хотя, как и коридор, при этом кажется мне неуловимо иной. Иначе при ближайшем рассмотрении выглядит и Нирс Раал: по-прежнему слегка мультяшный, но куда больше похожий на человека… не в смысле, что он выглядит менее инопланетно, а в смысле, что у него мимика богаче, что ли? Так сразу и не поймешь, да и нет у меня сейчас времени подмечать множество тонких отличий этой виртуальной реальности от той, к которой я привык в своем шлеме.

Так вот, в рубке все то же самое: множество пультов, за которыми изображают работу вахтенные неписи, круглое диспетчерское окно, как на аэродроме, огромная махина пестрого газового гиганта – кажется, что рядом, рукой подать, но на самом деле в неимоверной дали.

Все то, что стало мне родным за прошедшие недели, но умудрилось остаться незнакомым.

Мне хочется сказать что-то вроде «Я соскучился по вам, ребята!» – но, понятное дело, молчу. Вместо этого пытаюсь вникнуть в доклад Нирса.

Если верить ему, тяжелая ситуация понемногу рассасывается: пожары и погромы, с одной стороны, создали для нас дополнительные проблемы, с другой – из-за них большинство беженцев сидит себе по отведенным квартирам, боится нос наружу показать.