Кристина в лесу

Ей было проще уйти, чтобы не возникнул конфликт, чем быть его главной причиной с неизвестной развязкой. Хотя она конечно была уверена, что кузнец не просто сдюжит против всех них, но и сдюжит, будь их в двое или втрое больше.

Когда Кристина стояла на самой опушке леса, то всё посматривала на кузнеца с женой. Шейла стояла и попеременно смотрела на лес, словно догадываясь куда ушла Кристина, но отчего-то её взгляд метался и они так и оставались на месте, ожидая пока она объявиться. Мысленно поблагодарив их за то что проводили, Кристина осмелилась войти в лес.

Они сказали что путь до соседней деревни не большой, главное держаться основной дороги. Потому Кристина была уверена, что на этот-то раз, она точно не заблудится. К тому же дорога, к которой она подошла и теперь оглядывала в обе стороны, была такая широкая и хорошо накатанная повозками и тележками, что чувствовался от неё настоящий запах лошадей.

Не тот застоявшийся тяжёлый дух старых конюшен, а тот когда гладишь чистоплотную лошадь по голове, пока она съедает из другой твоей руки угощение, попутно щекоча влажным губами ладонь.

Кристина улыбнулась, вспомнив это и зашла в лес.

– Снова я в лесу, – произнесла девочка и зашла в тень от вековых деревьев.

У Кристины вертелось на уме лишь одно: хорошая ли это была идея. Одной отправиться в лес вновь, вслед за таинственным незнакомцем в чёрном. Страшного совершенно ничего не было. Только тени всё сгущались и сгущались. Да очень вскоре, хорошая, протоптанная лошадьми дорога, стала уходить у неё из-под ног.

Сначала лес становился всё влажнее и влажнее, пока земля вконец не оказалась раскисшей. Так что ноги Кристины стали увязать в свежей грязи. Она пыталась идти по краю дороги, но бурелом и плотные заросли испачканные брызгами грязи, оказались ещё более трудным испытанием, чем просто прилипающий шаг.

К этому добавилось то что её стал слышаться цокот. Но только не цокот копыт, а иной, особенный звук, будто похожий на крик неведомой птицы из чащи леса.

Кристина несколько раз усомнилась что это может быть птица, потому что цокот шёл то спереди, то сзади и звук каждый раз доносился снизу, чтобы было не совсем свойственно птицам. Которые кстати говоря, совсем затихли последнее время.

– Такая раскатанная дорога и ни одной живой души, – посетовала Кристина, чавкая башмачками по новым лужицам ещё не загустевшей глины, вперемешку с осыпавшимися веточками и хвоей.