Эстетика Смерти

Костюм мой особенный, плотного плетения, дышит только в одну сторону, так что брезгливости не было. Прохлада от воды дошедшая уже до пояса, только приятно холодила разогревшийся от кувырканий по полосе лесных препятствий организм в расцвете сил.

Долго брести по жиже не пришлось, под ногами началась тверд. Я таки поплыл. Стараясь производить плавные движения, чтобы на воде было меньше ряби, я доплыл к мостку. Мысленно порадовался, что грязь уже должна отмыться сама собой. Не думаю, что под мостом есть камеры.

Надо мной заскрипели доски и я замер. Сквозь щели было видно идущий к концу мостка тёмный силуэт. Донёсся запах табачного дыма.

Сумерки сгущались. Вместо того чтобы вылезти, пришлось ждать пару минут, жертвуя ценным теплом тела, пока мой грузный курильщик удовлетворит свою наркоманскую страсть, сосать никотин из дымящихся палочек. Наконец, когда он пошёл обратно и скрылся наверху, я вылез и осторожно осмотрелся. Мой чёрный силуэт на фоне воды уже не должен был никем быть замеченным. Камер я не наблюдал.

Они тут были и ни к чему. Я могу догадываться по негромкому и глупенькому смеху девиц, что здесь происходит в выходные дни. Вместо камер здесь живые глаза охраны.

Только я ступил с досок на каменные ступени, как знакомый грузный шаг и тяжелое дыхание засвидетельствовали о повторном появлении курильщика. Он забыл пачку сигарет на столе под навесом, напротив катера и теперь возвращался. Я посмотрел на холодную, чёрную воду и желания возвращаться в неё у меня не возникло, даже за щедрое вознаграждение.

Шаг, второй, третий… Я ступил навстречу и схватил толстяка за воротник, как только он повернул за угол. Клинок кинжала с зазубринами глубоко вспорол его шею. Не успев испугаться или среагировать, толстяк стал заваливаться на меня, роняя из рук зажигалку. Мягко уложив его на площадку из бетона, я оттащил его грузное тело на несколько метров и спустил в воду, под мостки. Курение убивает.

Выше над лестницей, по краю смотровой площадки по кругу, горели тёплые жёлтые огни.

Порхая между ними как мотылёк, только выбирая тёмные отрезки пути и следя за тем, чтобы скучающий охранник стоял спиной, я мягко ступая как кошка дошёл до него. Левая рука прижимает нижнюю челюсть и не даёт рту открыться, а права уже режет его связки на правой руке. Затем разрез локтевого сгиба. Затем несколько ударов в печень и контрольный в сердце. С последним вышло не идеально. Две девушки, вышли на балкон надо мной и стали разговаривать.