Лууч 2: Паутина реальности

Новая провожатая, шла ровным шагом, ни как, не реагируя на резкую перемену температуры. Может быть, это мне после близости с камином так холодно? Скорее всего, из-за разницы температур.

– Ты у нас надолго, – не, то сказала, не то спросила Балемила.

– Это зависит от решения главного штаб-лекаря.

– Ты надолго, – ещё более уверенно ответила Балемила.

– Тебе виднее милая Балемила.

– Вот мы и пришли. Проходи, я покажу тебе, где что лежит.

– Славно, давай, – в открытую дверь сильно повеяло теплом натопленных комнат, от тепла меня сильно клонило в сон, я зевал и не пытался скрыть это, дорога меня действительно измотала.

– Вот твоя кровать и взбитая перина. Стопка дополнительных одеял и подушек. Там на столе кувшин с водой и тарелка с фруктами, если ты проголодаешься ночью. Ванная комната там. Уборная там, – я уже порядком устал и усилием воли заставлял себя не закрыть глаза, сидя на кровати. – На балкон ты наверно не пойдёшь, он вот за этими шторами, ты найдешь и его при надобности.

Камин будет гореть всю ночь, до самого утра. Можешь не подкладывать дров.

Я слушал её, и казалось, понимал, что она говорит. Пока не обнаружил, лежачим себя на кровати. Балемила сидела рядом. Сняла с меня сапоги, потом самохват. Это и было главной причиной моего пробуждения.

– Мне холодно, – тихо сказало Балемила. – Я полежу немного с тобой под одеялом.

Я не сопротивлялся, когда она залезла ко мне под одеяло нагая. Нас сопротивление тоже нужны силы, у меня их не было.

Сам я тоже лежал нагим. Она обняла меня сзади, и прижалась всем телом. Её ледяные ноги и пальцы постепенно отогревались. Я лишь нащупал подушку и притянул к себе на голову одеяло, кутая нас обоих. Затем окончательно провалился в крепкий сон без сновидений. Когда сильно устанешь, можно сомкнуть на минуту глаза, а проснуться спустя ночную норму времени. Так вышло и в этот раз. Я проснулся. Повернулся, потянулся и почувствовал запах Балемилы на другом краю подушки. Ну, дела. Встал, утонул в мягком ковре и прошёл в ванную комнату.

Меня ждал настоящий сюрприз. Передо мной, посередине комнаты, стояла огромная и глубокая, сияющая золотисто-медным блеском ванная. Я залез в неё целиком, и по очереди стал выкручивать краны, подходящие в неё из пола, на длинных толстых медных трубах. Лёг почти в полный рост и перекрыл воду, когда она дошла мне до плеч. На краю ванны лежала записка, адресованная мне.