Лууч 2: Паутина реальности

Сестрички явно питались чувствами и эмоциями, но вампиризм по-прежнему здесь был неуместен. В моем случае точно, или я только так успокаивал себя. В какой-то мере, они мне это внушили и я, взял это на веру.

– Ты хочешь меня о чём то попросить и спросить, я читаю это в твоих ясных лазурных глазах, – сказала Мира и от её голоса все волоски на моем теле наелектрилизовались, будто меня пару минут терли огромной щёткой в намерении вызвать статическое электричество. – Они наполняют меня своей свежестью и капризом, как голубые озёра среди нехоженых гор и лесов.

– Милая Мира, скажи мне, какой твой настоящий возраст, – спросил я давно мучавший меня вопрос, потому как глаза её имели одновременно, запредельную мудрость и озорство. – Я бы дал тебе не больше семнадцати, но только мы оба знаем, это не так.

– Твое любопытство праздно Лууч, – Мира отличалась прямотой, перемежающейся с искренностью, на неё было невозможно обидеться или сердиться. – Мне уже пару столетий, не вижу смысла уточнять, тебе всё равно меня не понять.

– А сколько лет твоему отцу?

– В районе семи столетий, – после её слов, я решил не спрашивать больше ни о чьём возрасте, чтобы беречь своё хрупкое в последнее время, душевное равновесие.

– Выглядит безупречно, – на него мне надо ровняться подумал я. – Ты случайно сегодня днём не видела Синеоку, я её нигде не нахожу последнюю неделю. За обедом она тоже не была, ровно как за завтраком и ужином.

– Нет, никакой, Синеоки. Ты ещё не понял разве? Столько долго сидеть в саду и думать, что есть, несуществующая девушка среди нас.

Даже не призрак, какие есть в подвалах. Не дух, проявленный в виде девушки. Воображенного тобою человека, кроме тебя не видит никто. Абсолютно. Ни сестры мои, ни братья. Папи, мами, не видят. Не видят и слуги, а их здесь немало и не у всех у них ум в целостности. Это я знаю лучше тебя, потому что справлялась на этот счёт лично. Что такого с тобой должно было случиться там внизу, вне пределов наших гор, чтобы ты так сосредоточенно создавал и преследовал образ какой-то Синеоки?

До меня начало доходить, что у айсберга большая его часть находиться под водой.

Тоже самое, происходит с моей психикой. В этом же корень моего пребывания здесь. Причина больше и глубже, чем простое видение не существующей, но милой сердцу Синеоки. Видение, не существующей, как меня убеждает в этом Мира, злосчастной Синеоки, заключается в непринятии простого факта. Факта моей душевной травмы.