Лууч. Сновидения шамана

Мне на заметку: скромнее надо быть впредь в финансах, если хочу оставаться незамеченным.

– А где же твоя кобылка, господин хороший? – участливо спросил старик, ловко пряча деньги куда-то за пазуху.

– Выйдешь за белые стены, увидишь рощицу песочных молодых дерев, вот там и стоит, тебя ждёт чёрная красавица.

Не успел я договорить, как он деловито широким шагом направился за моей животиной.

Пока он ходил, я ожидал на скамье в тени, ел крупный чёрный виноград с куста, который оплетал всю беседку, создавая непроглядную зелёно-чёрную изгородь вокруг, до самого навеса.

Солнце порядком поднялось и сильно напекало. Сочными плодами голод удалось на время утолить. Подошёл старик, ведя за узды блестящую смолью гостью.

– Господин, поди ты тоже у нас остаться хочешь? Моя жена, хозяйка, скоро придёт с рынка. Найдём место и тебе, коль остаться пожелаешь, – говорил он, пока заводил Черёмуху в миниатюрную конюшню, обильно насыпая ей зерна.

– Возможно, но не в эту ночь, меня уж в гости ждут в других местах, но там конюшен нет. Куда могу сложить я свою скромную утварь? – в ответ спросил я. – По городу негоже шибко с оружием щеголять.

– А там же, в конюшне, найдёшь ты большой сундук с замком булатным, в нём ты увидишь ключ. Никто его не тронет, имущество твоё сберегу.

– Лады, как звать мне тебя, старик? – вставая на дорогу, поинтересовался я.

– Хибарий, а как величать тебя мне? – отрекомендовался тот.

– Зови меня Лууч.

Имени моего всё равно здесь никто не знает. Я зашёл к Черёмухе, проследил, есть ли у неё в ведре вода, и, вскрыв замок, аккуратно разложил в сундуке плащ, лук с колчаном, меч. Положил туда и конскую сбрую, чтобы Черёмуха отдыхала, предварительно достав оттуда нож и рогатку.

Налегке вышел за оградку владений Хибария. Остался одет в тёмно-зелёные замшевые сапоги, широкие коричневые штаны и серую рубаху с жилеткой на оттенок темнее, усеянную многочисленными скрытыми карманами, и прекрасную светло-коричневую панаму.

Идя к центру, через полчаса я достиг оживлённых улиц и, чтобы не привлекать к себе внимание, опустил панаму ниже на лицо, а на плечо взвалил оставленный бесхозным под сливами, небольшой мешок с сеном, тем самым окончательно слившись с местными.