Лууч. Затмение

Я так порадовался за Гора, что он имеет безупречный дом и такую чуткую ко всему сестру, будто сам только что подписал документ, предписывающий мне здесь оставаться долгие годы. Отчего я сразу мысленно отмахнулся, помня свою миссию не отдыхать здесь восстанавливая силушки, а прилагать их для решения поставленной мне шаманом миссии задачи чрезвычайной важности.

Оттого когда Гор со стуком вошёл в комнату, застал меня не лежащим как и положено уставшему путнику с долгой дороги на диванчике, а приободрённым и раздетым от пальто и с закатанными до локтей рукавами рубашки.

Полного сил и готовности начать действовать немедленно.

– Ты давай молнии из глаз не мечи, – усмехнулся Гор. – Дом подожжёшь.

– Надо будет, подожжём, – расправив плечи и приосанясь лукаво ответил я ему. – Надо будет – выстроим новый.

– Вот это настрой Лууч. Вот это боевой характер. Надеюсь, ты не против перекусить, пока я не подавился слюной и не впал в неистовство. У меня словно там дыра с тех пор, как ты мою бирку отодрал. И всё желание кому-нибудь свернуть шею, обостряется и обостряется.

В рамках правого дела. Особенно по работе, если это надо будет сделать. В хорошем смысле.

– Ну если в хорошем, то сверни для меня шею каким-нибудь спелым фруктам или виноградным гроздям, которые я заметил в гостиной зале на первом этаже, как только мы вошли.

– Отлично. Пошли скорее. Люблю достигать взаимного согласия с полуслова. Оторвём кому-нибудь не только шеи но и всё остальное. Лишь бы скорее насытиться.

Глава 10. Глазами Гора

Продолжительный и насыщенный, но достаточно поздний обеденный стол, пришёлся очень кстати.

Я всё налегал на так называемую ореховую пасту очень мелкого помола, воистину отдав ей почти всё своё внимание. На что Гор, даже с какой-то грустью покачал на это дело головой, поскольку я почти опустошил все эти крошечные баночки до дна, что он имел неосторожность поставить по центру стола.

Видимо находясь на правах гостя, мне можно было опустошить весь его дом от вкусных и питательных ореховых паст с фруктами, однако аппетиты мои быстро пришли в нормальное состояние, едва я с ними почти закончил.

– Что это такое Гор? Чьё это гениальное изобретение.

– Орехи что-ли?

– Да не орехи, а то что с ними стало. Это же в какую такую дьявольскую машину нужно было их засунуть, чтобы из них получился нежнейший масло-крем.

– Меланжер наверное. Они кстати урбечи называются, – с ударением на второй слог сказал Гор. – Я во все эти тонкости пищепрома не лезу.