Секреты экстремальной охоты в Чернобыльской Зоне

Откуда ни возьмись, в воздухе материализовался четвертый боец, который не участвовал в разговоре, но издалека напряженно наблюдал из-за кучи щебня, чем закончится дело. Там он напряженно решал проблему чью сторону принять, искренне надеясь, что ситуация решится сама собой.

? Ну, сколько можно ждать, ? сказал генерал, он первый увидел возвращавшегося егеря.

? Кто стрелял? А Фомич? ? с тревогой в голосе спросил Леня, ? Только кажи, мы мигом всех порвем, как сантехник батарею.

? Пойдемте, я договорился, ? спокойно сказал егерь, ? Правда, возникли недоразумения переходящие в дискуссию.

? Без насилия? ? спросил Ульме.

? Конечно, ? удивился Фомич, ? Я помог им решить маленькую проблему, по ведомству путей сообщения.

? А конкретней, ? попросил генерал.

? Небольшое улучшение брошенного подвижного состава. Много лишних деталей. Брак депо.

? Мы тебе верим, ? сказал лейтенант, ? Так мы идем, или нет.

? Конечно, ? сказал егерь, ? Идите за мной. Только не делайте резких движений, и оружие не держите на виду. И еще, воздержитесь, пожалуйста, от комментариев по поводу внешнего вида тех несчастных.

Когда охотники прошли под мостом и уже начали удаляться, Леня Воробейчик язвительно сказал:

? Я понял Фомич, почему ты нас предупреждал, о внешнем виде этих… ? Он замялся, подбирая подходящие слова, ? А вот, маргиналов. Конечно, сразу видно, что им отказал модный кутюрье и любой отрицательный возглас мог плохо сказаться на альтер-эго этих граждан.

? Может. теорию коллективного бессознательного вы обсудите по возвращении, – заметил генерал. ? Я не против экзорцисов в научные труды, но мы же, все-таки на охоте. А когда вернемся, ты нам Леонид, устроишь семинар.

? А как ваша правоохранительная система использует в своей практике теорию Юнга – Гельмогольца? ? спросил писатель.

? Как – как? ? Леня рассердился, ? Вот так, берет и использует. И вообще, это секретная информация. Ясно всем? Мы подписку давали о неразглашении.

Сзади послышался крик:

? Стойте. Стойте!

Охотники обернулись. Со стороны моста трусцой бежал сержант. Потревоженные им кусты полыни взрывались облачками пыли, которая, в вечернем солнечном свете принимала все оттенки золотистого.