След подковы

После отречения от престола императора Николая второго в России началась эпоха смутного времени. В государственной думе многочисленные партии и фракции погрязли в дебатах и словоблудии. Созданное Временное правительство было вынуждено делить власть с многочисленными Советами, которые были созданы не только в крупных городах, но и в действующей армии. Находящееся в эмиграции руководство РСДРП во главе с Лениным рвалось в Россию, что бы использовать ситуацию для захвата власти. По мнению германского командования, это привело бы к полному параличу власти в России.

В библиотеку, где за массивным письменным столом сидел барон Корт, предварительно постучав, зашел один из преподавателей курсов, плотный мужчина в военном френче без знаков различая.

– Разрешите, Ваше превосходительство.

– Проходите, Сергей Матвеевич. Присаживайтесь.

Преподаватель прошел к столу. Барон без ненужных предисловий обратился к нему.

– Вы знаете курсантов. Мне нужен хороший стрелок. Даже не просто хороший, а классный.

– Есть такой, Кошельков… Но…

– Вас, что-то смущает?

– Он прекрасно владеет всеми видами оружия. Работает с обеих рук.

– Это и нужно.

– У него обостренное честолюбие, я бы даже сказал, болезненное.

– В чем это заключается?

– Стремление быть храбрее всех, сильнее всех. До курсов, в Галиции за храбрость даже был награжден Георгием.

Барон с неподдельным удивлением посмотрел на преподавателя и решил прояснить прозвучавшее в его словах сомнение.

– Прекрасная характеристика.

– Меня смущает непредсказуемость его поведения и поступков.

Барон, улыбнувшись, успокоил своего сотрудника.

– Ничего, ему предстоит поработать в группе Красильникова. Тот его быстро приведет в чувство. На сборы час.

– Слушаюсь.

Барон задержал преподавателя, который уже открыл дверь. – И еще. Доведите до сведения этого Кошелькова, что успешное выполнение задачи будет служить ему выпускным экзаменом с присвоением офицерского звания.

Стараясь не попадаться никому на глаза, трое мужчин обошли черный остов паровоза со стороны станционных лабазов. Один из них, Митя Болшев больше походил на подростка-простолюдина, чем на члена диверсионной группы. Невзрачный 18-летний худенький парнишка, одетый в железнодорожную куртку, потрепанные брюки с сумкой через плечо, из которой выглядывали кипы газет не вызывал у окружающих чувства настороженности и опасности.