Последняя осень: Неисполненная клятва

 – Лекс подал пример, опершись на колодезную кладку и подпирая подбородок мечом Кевина.

Дружинники сновали туда-сюда, кто в город, кто по двору. До вечера было еще далековато, все были при деле. У них на глазах несколько десятков дружинников, построившись по команде десятников, и отправились на плац – судя по шуму, там уже кто-то тренировался. Цитадель, кажется, в лучшие времена видала и больше бойцов, у некоторых, предположительно, бараков, еще даже не была застелена крыша. Удалось разглядеть накидки повнимательней – на синей половине котт дружинников красовался черный ворон, взмахивающий крыльями.

Маркграф располагался в своем зале, где он обычно принимал посетителей. Сейчас трон, который должен был подчеркивать его статус, пустовал. Мужчина средних лет вместо него выбрал удобное плетеное кресло и перебирал бумаги, что-то иногда помечая.

Его верный лейтенант, гонявший все утро по несколько десятков добровольцев из Столицы, задремал. На поясе у него был меч- фальшион. Рубящая часть была тяжелой и массивной, практически им можно было рубить противника, как топором.

Несколько его уравновешивало тяжелое яблоко, которым и в клинче, в случае чего, ударить не грех. Казначей в это время шарил по сундукам, пересчитывая монеты. Необходимо было заплатить дружинникам, каменщикам, кузнецам, конюхам, портным, еще боги весть кому – а налоги, попадавшие в казну, были невелики, удачно торговать получалось нечасто – к соседним княжествам идти было опасно, Столице мало чего можно было предложить, ну а отправиться вверх по реке все еще было несбыточной мечтой.

Казначей не было похож на казначея – статью он не уступал воину, да и был таковым. Казначеем он вообще стал случайно – найдя в подполе заброшенной Цитадели сундук с монетами и честно их пересчитав. А там раздал жалование… Заплатил крестьянам за провиант… Заказал партию кож и металла…В общем, втянулся старый вояка, и теперь преимущественно сражался с числами у себя в голове.

– Что-то мне это не нравится, Майсфельд.

В сундуке монет все меньше… А рожа у мэра города все шире.

– Мне сообщают, что в овес у лошадей какой-то прохиндей подсыпал палой листвы и опилок – вчитываясь в листок, ответил маркграф. – Ладно, разберемся… Оп, погоди, не закрывай. Вот заявка на починку десяти сервельеров и пяти шапелей для пополнения…. Так… столярам на два десятка копейных древок… Нет, ну каких оборванцев в этот раз прислали- пять пар башмаков им! Ну и набивняки, само собой.