Не будите спящего героя

А наломать бока толпой – какая в том доблесть? Зазывали его на стеношный бой, на молодецкую свалку-потеху, но Злыдень только посмеивался.

– С тобой толкуют, чучело! – пробасил косматый Дубыня-Медведь.

– Чего морду воротишь? – вставил свое слово Корс, притопнув красным сапожком.

Горчак и впрямь отвернулся от них, посматривая с весёлым укором на мужиков, не успевших ещё протиснуться во двор старосты: смотрите, мол, люди добрые, что делается, сироту обижают! Люди, разрываясь между столом впереди и любопытством позади, шагали поуже, косились через плечо, ожидая продолжения перепалки.

Вступаться за него, само собой, никто не бросился – не любили ни самого Злыдня, ни славу его кровавую, ни деньги смертоубийством греховным заработанные.

– Да что с ним трепаться? Рёбра посчитать – и вся недолга! – крикнул Молнезар, распаляя самого себя.

– Ты хоть до десятка досчитаешь-то, счетовод? – отозвался Горчак.

Молнезар начал багроветь.

– Ах ты, мездник паршивый! Продажная шкура! Придорожник оборватый! Выродок! – прошипел он, делая шаг вперёд.

Было видно, что в бой он особо не рвался, с радостью позволив Дубыне себя опередить.

Медведь неуклюже наклонился, протягивая лапищи, какими в самую пору гнуть подковы. Бить сухощавого наёмника он не собирался, хотел поставить его торчком да встряхнуть пару раз, чтоб спесь выбить. Горчак не дал до себя дотронуться, уцепил два пальца Дубыни и вывернул их, добавив с носка под рёбра. Увалень тяжело рухнул в шиповник, обдираясь о колючки.

Молнезар, не прекращая ругаться, кинулся спасать сотоварища, но с дивной ловкостью ухитрился пропустить вперёд лопоухого Корса.

Тот с разбегу налетел на выставленную ногу Горчака и скомкавшись, с жалобным воем покатился по траве. Молнезар отпрыгнул и закрутил кудрявой головой вправо-влево, приговаривая:

– А-а-а… Так ты вот куда долбаешь, змеиное отродье!

Пока он искал какое-нибудь орудие, Дубыня очухался и, рыча как самый настоящий медведь, выломился из кустов. Горчак и не думал подниматься.

Он вцепился в шевелюру здоровяка и дёрнул. Дубыня плюхнулся брюхом на подставленное колено и кубарем перевалился под ноги зевакам. Мужики, увидев, что Молнезар выломал палку из плетня, неодобрительно загомонили. Разрешив ухватить себя за руки, парень принялся с яростью вырываться. Дубыню держали семеро. Корс уже тихо повизгивал, закатившись в кусты.

Горчак, не дожидаясь, когда уляжется сумятица, встал и отряхнул штаны.

– Злыдень треклятый… – хрипел Молнезар.