Москва навсегда. О нелюбви и не только

Пошли те первые минуты, какие бывают в ресторане, в который пришел впервые, где даже близкие люди в первые несколько минут ощущают себя чужими и не могут найти нужных слов для начала вечера; и обычно выручает, и это бывает именно в хороших ресторанах, официант, который вовремя оказывается рядом со своим вопросом, или же с бокалами вина, как оказалось в случае с Андреем и Юлей. Они чокнулись, выпили, вспомнив свой красивый отпуск. В ресторане играла живая музыка, негромко звучал вечерний рояль.

– Я хочу, чтобы ты мне рассказал про свою первую любовь.

– Мы познакомились в пионерском лагере, были в одном отряде. Нам было по 14 лет.

– И? – Багровская вопросительно смотрела на мужа.

– Мы дружили в пионерском лагере и год после пионерского лагеря, я к ней приезжал. Но она жила в другом районе города…

– А как это мешает? – перебила Юля.

– Никак, но ведь нам было по 14 лет, в 14 лет разные районы – это так далеко… я начал учиться…

– У вас был секс? – снова перебила Багровская.

– Нет, ты что, это же первая любовь.

– А что в этом такого?

– Ну, ты понимаешь, Юля, у парней немного… в общем, не знаю, как у вас, у девчонок. Но у парней первая любовь, это мм… это, – он задумался, подбирая правильное слово.

– Платоническая?

– Да, точно, но, конечно, ты как-то желаешь и большего, чем просто встреча, может быть, поцелуй, но, как я себя помню в то время, ну как-то… когда любишь, как-то не думаешь о постели, это ведь как-то случается само собой.

– Это вам так кажется, что само собой!

В это время к их столику подошел официант, принесший сыр.

– To me please whisky glass! – сказала Багровская

– Ты хочешь виски? – спросил жену Крайнов.

– В обед вино, сейчас вино. Надоело, мне захотелось крепкого, – ответила Юля. – И? Так у вас был секс?

– Да нет, что ты, – рассмеялся Андрей. – За все время мы только один раз-то поцеловались…

– Иногда не понимаю вас, мужчин, – ответила Багровская. – Когда вы любите, тогда и поцеловаться не способны, а если без любви, так под каждую юбку готовы забраться!

– Так, Юля! Это же первая любовь, первая! Это как…, – Крайнов снова не мог найти подходящего слова.

 – Она не бывает, ну как бы это точно сказать, от нее не бывает женитьбы. Это, я не знаю, это, как первый глоток вина в жизни, – он приподнял свой бокал виски. – Его помнишь, но от него не пьянеешь.

– А нужно пьянеть, – стукнула по столу кулачком Юля.