Иноземье

Я пытался сделать видимость порядка в гостевой комнате, когда услышал, как возле моего дома заскрежетали тормоза машины.

Я быстренько спустился вниз. У ворот красовался новенький спортивный автомобиль ярко жёлтого цвета, ослепляющий как солнце. А возле него, опершись локтем на открытую дверь, стояла Сара.

Она была одета в лёгкое, розовое платье, едва прикрывающее верхнюю часть бедер, с огромным декольте, полностью обнажившем ее прекрасную шею и часть груди.

Огромные глаза, в которых я сразу утонул, забыв обо всём на свете, излучали тепло и любовь.

А каштановые волосы, в которые я так любил зарываться лицом, волнами ниспадали на открытые плечи.

Я соскочил с крыльца, как мальчишка, влюбленный в свою мечту, правда моя мечта стояла всего в нескольких метрах от меня, и, добежав до Сары, подхватил ее на руки и покрыл поцелуями ее загорелое лицо.

Она отвечала мне и нежно гладила меня по голове.

Наконец у нас обоих прорезались голоса. И мы в унисон произнесли:

– Ну, здравствуй!

И рассмеявшись, ещё сильнее прижались друг к другу.

– Привет, любовнички! Смотрю я не вовремя!

Это был, конечно, Пит! Мы с Сарой даже не услышали, как подкрался его скутер.

– Здорово, дружище! – Я, нехотя оторвался от своей подруги, и протянул ему руку. Мы обнялись. Причем он чуть не переломал мне все ребра.

Да Пит, заматерел за время прошедшее с момента нашей последней встречи.

– Здравствуй, Пит, рада тебя видеть, – Сара подошла к нам и чмокнула Пита в щеку.

– А я то, как рад! Вот всё жду, когда буду свидетелем на вашей свадьбе!

– Ну, пошли в дом.

 – Я подхватил их под руки и потащил в калитку.

Глава 3

– Даю вам полчаса, чтобы привести себя в порядок, – Я отвел моих гостей в дом. – Сара, ты в большую душевую, а тебе Пит достается ванная комната на втором этаже.

Встречаемся на террасе. Ну, а я пойду, приготовлю чай и кофе.

Пока грелся чайник, я быстро размолол зерна и проставил на плиту джезву для кофе, настоящую, купленную несколько лет назад в Стамбуле.

Она вмещала в себя всего-то три маленьких чашечки напитка, но была медной, инкрустированной загадочным, арабским орнаментом. И кофе получался в ней необычайной вкусноты и аромата.

– Ай, какой запах! – Сара подошла ко мне сзади и обняла еще мокрыми после душа руками, прижавшись к спине головой.

– Это зерна из Туниса, у них особый привкус. А жарил я их сам, чтобы они получились красно-коричневыми и кофеин остался внутри, а не витал в атмосфере кухни.