Время как призвание

Единственное окно выходило на улицу, по которой с шумом пролетали машины.

Хозяйка, забросив ногу на ногу, сидела на диване, держа в руке папиросу, на журнальном столике рядом с ней стояла бутылочка рома, очевидно купленная на остаток наших денег.

– В чем проблема? – посмотрела она мне в глаза.

– Нам нужен хороший липопластик, поможете, – ответил я, не отводя взгляда.

– Сколько? – она затянулась и выпустила дым кольцами.

Я положил перед ней бумажку в сто кредитов. Она только пожала плечами. Я достал еще столько же.

– Пойдет! – она взяла деньги и положила в ящик стола.

* * *

Уже через час мы с Голди сидели в крепко оборудованном под липолабораторию подвале, в трех кварталах от нашего жилья. Архитектором тела, оказался невзрачный, лысый человечек, невысокого роста, припадающий на правую ногу. Он постоянно моргал глазами и сморкался в грязный платок.

В помещении, до потолка набитом приборами, посередине стояли два стола, оборудованные 3D-принтерами и визуальными мониторами, соединенными с мощными, ста ядерными, процессорами компьютеров.

– Можете звать меня Доктор, – представился человечек, несколько раз моргнув и шмыгнув носом. – Пожалуйста, раздевайтесь и укладывайтесь на столы.

Мы с Голди беспрекословно выполнили его указания. Разделись в маленьком помещении рядом с залом, и разлеглись на белоснежных простынях.

Доктор нажал что-то на пульте перед собой. В зале вспыхнул ослепительный свет, казалось, одновременно зажглись несколько новых звезд.

3D проектор просканировал наши черепа, создал возможный вариант наших новых лиц, а потом нас накрыл непрозрачный колпак принтера. В воздухе появился запах сирени, и мы с Голди отключились на несколько часов.

* * *

– Подъем! – Доктор, весело и невнятно, мурлыча себе под нос песенку, вручную поднял камеры принтеров надо мной и Голди.

– Не спеша поднимаемся и пьем вот этот напиток, он полностью нейтрализует остатки снотворного в ваших организмах.

Доктор протянул руку и помог спустить на пол Голди. Я встал сам, предварительно опустошив стакан.

– Ух, ты! – только и смог выдавить из себя я, уставившись на даму лет тридцати пяти, с огромными круглыми глазами и чуть приоткрытыми пухлыми губками. Кроме фигуры, от моей прежней Голди не осталось ровным счетом ничего.

Даже ее карие глаза приобрели голубоватый оттенок, и, казалось, искрились на лице.