Время как призвание. Парадигма

Голди сладко сопела рядом, свернувшись, как котенок, клубочком и положив руки под щеку.

Я осторожно, чтобы не разбудить жену, поднялся с кровати и подошел к большому окну, выходящему на площадь. Она была неярко освещена газовыми светильниками.

Чего-чего, а газа на Обероне было сколько угодно. Воткни трубу в землю и пойдет газ. Причем безобидный для человеческого организма, но при определенных условиях – вакуумная колба и немного неона он начинал излучать довольно яркий зеленоватый свет.

Все было тихо. Но чувство не исчезло.

* * *

В номере ничего не изменилось. Так же тихо сопела Голди, даже поза ее не изменилась. Мерно отстукивали секунды ходики на стене. На площади перед «Уранией» тоже все было спокойно.

Я подошел к двери и прислушался, приложив к ней ухо. Тишина. Я открыл дверь и вышел в темный скальный коридор, подошел к лестнице и спустился до половины, чтобы мог осмотреть холл.

Герда спала за дежурным столиком, положив свою голову с роскошными волосами на книгу.

Я спустился вниз и проверил входную дверь. Она была закрыта на замок, а оконце прикрыто жалюзи.

7

Я снова оказался в номере. Голди перевернулась на живот, простыня сползла в сторону и аппетитно приоткрыла голую попку. Я облизнулся. Соблазн был велик, но колокольчик в моей голове превратился в огромный колокол, требующий немедленных действий.

Я отвел взгляд от Голди и снова перешел тонкую грань между настоящим и будущим.

Казалось, все было тихо. Я снова спустился на первый этаж и встал за спиной Герды. Завиток на ее виске тихонько подрагивал от дыхания.

Тишина. Но воздух вокруг, казалось, пресытился опасностью и, кинь спичку, все вокруг полыхнет и взлетит на воздух.

Неожиданно в этой упругой тишине раздался скрежещащий звук, больно царапнувший по моим напряженным нервам.

* * *

Кто-то вставлял отмычку в замок входной двери. Два щелчка и дверь медленно стала открываться.

Я превратился в одну предельно сжатую струну, хотя где-то на грани сознания понимал, что меня там нет.

В гостиницу осторожно ступая, вошли три типа, одетые совершенно однообразно в серые бесформенные балахоны с капюшонами на голове.

Вошедший последним прикрыл за собой дверь и вытащил из кармана пистолет. Пистолет был примитивный, системы «Браунинг», но убойной силой обладал огромной.

Они неслышно подошли к столику.