S-T-I-K-S. Брат во Христе. Второе пришествие

В десять утра она должна была упереться в контакт, замкнув цепь и вызвав воспламенение пороха.

Рэб успел «заминировать» окрестности до рассвета. К утру сон все же сморил его. Рэб не стал ложиться в постель и прикорнул за кухонным столом, положив голову на руки. Где-то в подсознании тикали часы, отмеряя последние мгновения до возвращения домой. Их мерный звук нарушил шум радио и свист нагревающегося электрического чайника. Рэб вместо будильника пользовался программируемым таймером для электросети.

Восемь утра понедельника.

– Спокойно, дружище, все будет хорошо, и не такое видели. – Рэб уговаривал себя, списывая тремор на слабость тела, не познавшего настоящих испытаний. Ему казалось, что в душе он спокоен.

На самом деле это ему только казалось. Он чуть не подпрыгнул, когда открылась дверь на летнюю кухню. В дверях стояла баба Дуся.

– Ты мне когда за свой трактор отдашь? Ни пройти, ни проехать, загородил все.

– Блин, баб Дусь, ты хоть шаркала бы громче!

– Чего тебе тут бояться? Это я женщина одинокая.

Рэб воспринял ее ответ как иронию.

– Пяти тысяч хватит?

Старушка задумалась, хотя Рэб посчитал, что предложил денег с запасом. Баба Дуся вздохнула.

– Давай хоть пять – где ж тебе, тунеядцу, взять больше?

Рэб вынул купюру и отдал ее старушке. Та взяла ее, посмотрела на свет и убрала в передник.

– Баб Дусь, я слышал краем уха, тут какая-то операция намечается в наших краях, всех будут эвакуировать. Давайте я вам такси найму, съездите к подруге какой-нибудь, посидите до вечера, языки почешете?

Рэб был уверен, что после начала его операции в эту часть города не будут никого пускать, да и не поедет никто.

– Чего-о? Какая эвакуация?

– Такая, антитеррористическая.

– Правда, что ль?

– В интернете так пишут.

– Хм… к Люське съездить, что ли, может, не померла еще.

– Съездите, я вам денег на такси дам.

– Ты какой-то подозрительно любезный сегодня. Не задумал ли чего?

– Что вы, баб Дусь! Чего у вас есть ценного, кроме вас самих? Вы мне еще спасибо скажете.

Старушка замялась: жизнь приучила ее к подозрительности.

– Ладно, я сейчас позвоню ей: если живая, съезжу. – Баба Дуся развернулась и пошаркала домой. – Не знаю, чего купить ей: мыла в сундук или тортик?

Через полчаса она вышла в цветастом парадном наряде.