S-T-I-K-S. Брат во Христе. Второе пришествие

– Стреляют? – спросил Бубка, когда Рэб уселся в кресло мехвода.

– Угу. Не рой, как говорится, другому яму.

«Бардак» мягко катился по неровностям поля. Проехали мимо трех домов, отрезанных от деревни. Во дворе одного из них стояла раскидистая яблоня, сверкающая красными спелыми яблоками. Рэб чуть не остановился возле двора с яблоней, зачарованный ее обильным урожаем. Откуда ни возьмись выскочил тощий бегун и с ходу влетел в БРДМ. От удара он отлетел, упал на землю, вскочил и кинулся вновь, пачкая машину черной кровью из разбитой морды.

Его внешний вид и необузданный голод напрочь отбили весь аппетит. Можно было бы уложить тварь с одного выстрела, но Рэб не хотел поднимать шум, чтобы не давать наводку прочим мутантам.

Кластер с рекой был огорожен оврагом, будто нарочно затрудняющим попадание в него. Это была отличная возможность проверить «бардак» на способность преодолевать крутой подъем. Отвесные стены с осыпавшейся почвой и почвообразующей породой внушали сильные сомнения. Рэб ехал вдоль оврага, пока не нашел более или менее пологий спуск, истоптанный коровьими копытами и обильно усыпанный засохшими «лепешками».

Дно оврага в этом месте было мокрым, болотистым и поросло рогозом.

Коровьих следов на той стороне не было, потому что овраг стал местом стыка двух кластеров. Видимо, на другом кластере коров через него не гоняли. Хотелось понять, к какому из кластеров относилось дно оврага. Если через него ходили коровы, то и для «бардака» преодолеть его будет раз плюнуть.

Рэб решил попытать счастья, набрал на спуске скорость и с ходу влетел в заросли рогоза.

Волна грязи окатила лобовые стекла. Машина резко затормозила, но не остановилась. Все четыре колеса потащили ее вперед. Со стороны БРДМ был похож на жука, вздымающего над собой струи черной грязи. Полз он почти на «пузе», натужно рыча двигателем, пока передние колеса не зацепились за берег. Машину рвануло вперед, она выскочила из болота и уже гораздо веселее поднялась вверх по склону. В и без того маленьких лобовых стеклах остались только бойницы, прочищенные «дворниками».

До реки больше никаких препятствий не было. Рэб подъехал к берегу, заглушил мотор и некоторое время сидел молча, прислушиваясь к звукам снаружи. Потом открыл люк, высунул в него карабин с оптикой и огляделся по сторонам. В салон снаружи закапала грязь, которая даже на крыше лежала толстым слоем. Рэб успел запачкаться в ней. Он спустился внутрь, нашел в куче вещей складное ведро и выбрался из машины через боковой люк.