S-T-I-K-S. Брат во Христе. Второе пришествие

Не считая мелких дрязг, Миража слушались и почитали, но до уровня Рэба он все равно не дотягивал – так, обычный начальник, которому показывают, что уважают, а за глаза сочиняют басни. Община разрослась до двух сотен человек. В ней наметилась иерархия и распределение обязанностей по подобию медицинской службы «внешников». Тут Мираж не стал ничего выдумывать, просто взял работающую версию и перенес ее в общину.

Эгоистом Мираж быть не перестал. В общине он был окружен людьми, среди которых у него не было друзей. Он и не стремился их завести, не чувствуя в этом надобности.

Однажды он понял, что ему всё равно, быть с людьми или быть одному, и решил подготовить общину к своему уходу. Возвысил одного из своих помощников, чтобы передать ему бразды правления, и тихо скрылся.

Как оказалось, сделал он это вовремя. Прошлое, о котором он уже успел забыть, напомнило о себе. За Миражом началась охота, и, судя по почерку, ищеек тренировали «внешники». Они не могли отследить его по ДНК: будучи офицером, Мираж сумел подменить сведения о себе.

Ищейкам приходилось искать его по фотографиям.

Тот холеный, гладко выбритый Варн не слишком походил на Миража, заросшего бородой, одетого в грязную разгрузку. Может быть, глаза остались теми же – серыми колючими, сканирующими. Улей полон людей, одаренных разными способностями, и нашелся среди них свой Шерлок с развитой дедукцией. Он-то и навел на Миража ищеек.

После третьей попытки создать общину Мираж загрустил. Не было никакого смысла в его нахождении в Улье, и эта мысль вгоняла его в депрессию.

Мираж пристрастился к алкоголю и часто пропадал в баре на стабе под названием «Колючка». Его основатели, видимо, не испытывали недостатка в колючей проволоке и оградили ею поселение в несколько рядов.

Когда спораны подходили к концу, Мираж нанимался к рейдерам; благодаря его способности группа всегда была с уловом. Так что возвращался он в «Колючку» с полным рюкзаком споранов и гороха, а нередко и с жемчужиной. Часто он угощал всех, кто находился в баре, ему доставлял некоторое удовлетворение вид искренне счастливых физиономий завсегдатаев бара.

Как-то вечером, отоспавшись после хорошего гуляния накануне, еще почти трезвый Мираж почувствовал к себе пристальный интерес. Двое новеньких сидели в плохо освещенном углу бара, думая, что их интерес к Миражу незаметен. Мираж тоже делал вид, что ничего не замечает, хлестал водку, как в последний день жизни, но только на публику. Он пил обычную воду, заменив водку в бутылке.