Я стираю свою тень. Книга 4

А будете так с ним цацкаться, он вам до женихов в штаны срать будет.

– Пап, ему чуть больше месяца.

– Первые месяцы самые важные для формирования характера. Не спешите как ненормальные на первый его писк, дайте ему прочувствовать всю прелесть ситуации. Пусть покряхтит в своём говне, поймёт, как это неприятно валить в штаны. Пусть полежит чуть-чуть голодным, прочувствует ценность еды. А то чуть что, сразу затыкаете его сиськой. Это же мужик будущий, он должен уметь терпеть, ждать и думать. Он так и говорить быстрее научится.

Мы потом несколько раз обсуждали отцовские советы с Айрис и пришли к выводу, что он прав. Никас, если его сразу не начать кормить, как только он что-то вякнул, начинал издавать разные звуки, будто подбирал сигналы, которые мы должны были понять. Постепенно мы научились распознавать его возгласы, имитировать их, делая вид, что общаемся. Наградой нам были его улыбки, доводящие до слёз умиления.

– Как же мы жили-то без тебя раньше? – удивлялась Айрис.

Сейчас невозможно было представить то время, когда Никаса не было с нами.

Весь мир зациклился на нём. Какой космос, какая станция, какой Джанбоб! Ничего этого не существовало. Выдумка, фантазия, которой компенсировали отсутствие ребёнка. Даже Айрис призналась, что ей теперь совсем неинтересно думать о прежней жизни, даже как-то стыдно за глупые мысли, владеющие её сознанием в прошлом.

Наступила весна, вторая половина мая. Природа расцвела, заблагоухала цветущими садами. Никас подрос, оформился в забавного толстощёкого малыша.

Мы решили съездить в деревню, пожить у родителей неделю, чтобы сын подышал чистым воздухом, да и самим отдохнуть от городских стен. Я взял миниотпуск на десять дней. Рано утром мы забили багажник машины всем необходимым и не спеша отправились в деревню к родителям. Для уставшей от однообразия Айрис эта поездка была сравнима с путешествием за семь морей. Она жадно рассматривала придорожные пейзажи, комментировала их и восторгалась, будто мы ехали среди инопланетных красот.

– Тебе не понять, – ответила она на мою поддёвку. – Я же выросла во всём искусственном. Пока сидела дома с Никасом, будто вернулась в то время, когда жила на станции. Земля красивая планета, особенно весной. Пробуждение, радость начала новой жизни.

Она поцеловала спящего сына в носик. Тот сморщил его, похныкал и снова уснул. Машина действовала на него снотворно.

Родители были предупреждены о нашем визите и поэтому встречали у ворот.