Я стираю свою тень. Книга 4

Айрис призналась, что тоже прикладывалась рядом, но сынок не дал ей отдохнуть как следует. Мы выбрались на свежий воздух в беседку. Мать ушла встречать коров, а отец, пользуясь моментом, принёс и поставил на стол бутылку с мутноватой жидкостью.

– Что это? – подозрительно поинтересовался я.

– Пробудин. Снимает последствия сна как рукой и лечит похмельный синдром.

– Почему цвет такой?

– Ингредиенты дают. – Отец налил в две рюмки. – Айрис не наливаю, не знаю, как скажется на Кольке.

– Я не спала, и у меня нет похмельного синдрома, – призналась супруга.

– Вот и замечательно. Пей.

Я взял рюмку и понюхал. Смесь алкоголя и мятного. Зажмурился, выдохнул и выпил. Вначале рот, а потом и внутренности наполнились ледяным огнём. Я вытаращил глаза и задышал.

– Я тебе говорил, Пробудин. Тонизирует на раз. – Отец усмехнулся, довольный произведённым эффектом.

– Ты там самую ядовитую жвачку растворил?

– Нет, «Пектусин», таблетки от кашля. Нашёл в аптечке. Думаю, ещё с советских времён лежат.

Решил растворить и посмотреть, что получится. По-моему, здорово. Лечит похмелье, сонливость и кашель.

– Второй раз я эту дрянь выпить не смогу.

– И не надо. Пробудин употребляют в медицинских количествах. Полегчало ведь?

– Да. – Мне действительно стало веселее. – Я снова проголодался.

– Подожди, сейчас мать коров подоит, и сядем ужинать.

Айрис держала Никаса перед собой, чтобы он любовался своими большими глазками на деревенские просторы. Ему и вправду всё было интересно.

Он пытался следить за собакой, гремящей цепью во время вычёсывания задней лапой блох. Вздрагивал от её периодического лая, но не плакал. Вздрагивал от петуха, решившего прокукарекать. От коровы, заглянувшей во двор через забор, затянувшей на полном выдохе протяжное «Му-у-у». Наш малыш поглощал новый мир с любопытством. Не зря мы решили вывезти его из города.

Мать подоила корову. Промчалась мимо нас с ведром на летнюю кухню и вернулась оттуда с большим блюдом отваренной картошки, облитой маслом с луком, банкой солёных опят, маринованным болгарским перцем и нарезанным салом.

Айрис отдала мне сына и стала помогать матери сервировать стол.

Мы ещё немного выпили с отцом и неторопливо принялись есть. Погода благоприятствовала ужину на свежем воздухе. Комары ещё не появились, мухи уже не летали в сумерках.

– Гордей, помнишь поляну за Кривой балкой? Там лесок, ручей, пацаны шалаши строили лет двадцать назад.