Я стираю свою тень. Книга 6

– А может, всё-таки спустимся и осмотрим аппарат в непосредственной близости? – предложил Михаил, снимая с себя кислородные баллоны. – Очень хочется понять предназначение загадочного космического объекта.

Мы с Троем переглянулись. Следователь прихрамывал, и вряд ли этот спуск дался бы ему легко.

– Михаил, а если придётся быстро подниматься наверх? – спросил я у него, чтобы он задумался.

– Не бросите же вы меня здесь? – растерянно посмотрел он на нас. Михаилу явно было некомфортно от мысли остаться в пещере одному.

– Мы ещё не решили спускаться, – успокоил его Трой.

– Да, стремянка бы сейчас не помешала, – задумчиво произнёс Михаил.

– Мы твою стремянку опустили в озеро. Она сейчас стоит в том воздушном мешке под водой, прислонённая к стеночке, – пояснил я другу.

– Моя стремянка… – вздохнул Трой.

Мы провели на обрыве час. За это время абсолютно ничего не произошло. Я прогулялся по окрестностям, рассматривая сумеречный мир огромного подземелья. Вблизи от источника света его неровное сияние вызывало ощущение, будто где-то жгут костры, отчего нос рефлекторно ждал запаха дыма.

Мне захотелось пить. Я вернулся к компании. Трой спал, а Михаил рассматривал распухшее колено.

– Болит? – участливо спросил я.

– Есть немного. Компресс бы на него или хотя бы тугую повязку. – Михаил подвигал ногой, кряхтя при этом. – Угораздило меня.

– Заживёт, не перелом, – успокоил я его. – Я уже и руки лишался под самый корешок, и травили, и всё ничего. Спасибо космическим технологиям.

– Спасибо им, конечно, но только зря мы их не взяли с собой. Сейчас бы этой проблемы у меня не было. – Михаил помассировал припухлость.

– У медицинских капсул есть один недостаток. Если всё время думать о том, как бы нечаянно не двинуть кони, пока она не с тобой, можно сделаться параноиком. Надо предоставить судьбе хоть какую-то альтернативу.

– Кстати, а что говорят ваши высшие о жизни после смерти? – поинтересовался следователь. – Есть ли у них какие-нибудь знания об этом?

– Не слышал, – честно признался я.

 – Мне кажется, что подобные знания всегда будут закрыты даже для самых продвинутых цивилизаций, пока они не дойдут до точки, после которой исчезнут из понимаемой нами вселенной. Как древние.

– Типа умрут?

– Типа поймут о мире столько, что совершат качественный скачок в иные измерения. Что мы, что высшие, это всё один детский сад, только группы разные.

– А этот аппарат не могли оставить здесь ваши древние? – спросил Михаил.