Дорогами илархов. Книга вторая. Персидский поход

 – Там пес какой-то лохматый приблудился. Улегся перед входом, на всех рычит, даже евнух мой боится к нему приблизиться.

– Это – Репейник. Лучшего стража не найти.

У самого выхода Исмен оглянулся. Язычок пламени еле тлел над светильником. Женщина сидела на ковре и печально смотрела ему в след. Рядом спали две девочки, обнявшись. Почудилось… Да, точно так… когда он был маленький, мама поднимала его перед рассветом, чтобы он шел помогать отцу. Исмен не помнил точно, но ему казалось, что именно так сидела мама, а рядом, точно так же спали сестры.

Сердце больно сжалось. Глаза заволокла слеза.

Исмен вышел в ночь. Огромная луна висела в безоблачном небе. Темный бугорок поднялся и завилял хвостом.

– Охраняй! – приказал Исмен, и Репейник вновь улегся у порога.

Он запрыгнул на Цырда и поехал к военному лагерю.

Из шатра правителя Персии раздавался густой храп. Гости перепились и спали вповалку. Но Александра и его телохранителей в шатре не было.

– Где гегемон? – спросил он у гоплита, стоявшего на страже.

Тот указал на небольшой шатер, внутри которого трепетал огонек светильника. Из шатра выскочила женщина и быстро прошла мимо Исмена, злобно шепча:

– Ну, постой же, старый лис Парменион. Я тебе припомню…

Исмен узнал знаменитую гетеру из Афин. Он наткнулся на соматофилака, дремавшего стоя в карауле. Отпустил его спать, сам встал на страже.

В шатре спорили Парменион и Александр.

– Почему ты вечно лезешь в мои личные дела? – возмущался гегемон.

– Потому что у тебя их нет.

Ты не пастух и не пахарь, чтобы иметь жизнь отдельную от дел государственных. Ты – правитель Македонии и автократ Коринфского союза. Забавы с гетерами, пусть даже со знаменитыми, – для простых смертных. Но ты – сын бога!

– Чего ты от меня хочешь?

– Не я, – вся Македония. Стране нужен наследник. Ты уничтожил почти всех из рода Аргеадов. Мы на войне. Смерть кругом. Вспомни, недавно ты чуть не умер, и даже не от оружия врага, а от простуды. А если с тобой… О Громовержец, я даже подумать такое не смею!

– И кого ты прочишь мне в жены? Неужели вызовешь из Македонии дочерей знатных домов?

– Барсина.

– Нет! – в ужасе воскликнул Александр.

– Да! Ты же ее до сих пор любишь. Из-за нее перед походом ты отверг все предложения. Как только Олимпиада не уговаривала тебя жениться.

– Что скажут мои друзья?

– Скажут, что нет во всей Персии женщины красивее и образованней. Она воспитывалась при дворе Филиппа. Она почти наша.