Император

Следом семенила Мария Фёдоровна, вцепившись в левую руку супруга. А за ними уверенно грохотали каблуками и звенели шпорами чёрные гусары со свирепыми, раскрасневшимися от долгой езды по морозу, лицами. Множество придворных, съехавшихся во дворец, по случаю болезни императрицы, почтенно расступались перед этим грозным шествием и кланялись низко-низко. Павел даже не глядел на них.

У покоев императрицы он остановился. Караульных гренадёров тут же сменили гатчинские гусары.

– По уставу я обязан…, – начал было офицер стражи.

– Хорошо, что вы знаете устав, – оборвал его ротмистр Вуич, грозно взглянув исподлобья. – Можете сдать караул.

Павел вошёл в покои императрицы. В тусклом свете лампадок он увидел тяжёлый балдахин. На огромном ложе с кучей атласных подушек никого не было. Здесь стояла духота и ужасный смрад. Испуганные люди оглянулись на Павла и почтенно расступились. Их было много. Они занимали почти все покои.

Наконец он увидел мать. Тело императрицы горой покоилось на полу.

Павел шагнул к ней. Приклонил колени. Полное, одутловатое лицо императрицы казалось вылепленным из воска. Темные трупные пятна уже начали проступать на обвислых щеках. Глаза полузакрыты. Из-под век виднелись покрасневшие белки. Она прерывисто сипела. Из края рта сочилась и пенилась тёмная струйка. Лекарь Роджерс заботливо вытирал рот царицы платком.

Павел поднялся, отозвал Роджерса в сторону. О чем-то спросил. Тот развёл руками.

Перед Павлом на колени рухнул Захар Зотов, старый камердинер императрицы, приставленный к ней ещё Потёмкиным.

– Горе! – заплакал он. – Не уберёг…. А что я мог сделать? Прости меня, Павел Петрович?

– Да в чем твоя вина? – пытался Павел отнять от него руку, которую Зотов покрывал поцелуями.

– Что ж теперь будет? – вырвался отчаянный стон у камердинера.

– Дурак! – оборвал его Павел. – Почему на кровать не уложили? Почему на полу?

– Так, сил не было…

– Молчи! – шикнул на него Павел и зашагал дальше.

Наследник оставил супругу в покоях императрицы, сам с Кутайсовым проследовал в кабинет канцлера.

Увидев столь большое собрание офицеров, Павел слегка удивился. Багровый от напряжения канцлер сидел за большим столом. Справа от него стояла партия во главе с Платоном Зубовым, с другой стороны – Панин, фон Пален и несколько гвардейцев.

Безбородко тут же вскочил, отодвинув тяжёлое кресло, оббежал стол и склонился перед наследником. Все последовали его примеру.