Император. Книга третья. Суворов

 – Помните пословицу: язык мой – враг мой! Вам дан приказ – извольте исполнять.

Граф Чернов велел подать свою коляску. Лошадей уже сменили на свежих.

– Даже чаю не попьёте? – удивился Суворов.

– Простите, Александр Васильевич. Вынужден отбыть по срочным делам в Рим.

– Прощайте, – махнул вслед ему рукой фельдмаршал. Когда дверь закрылась, подошёл ко мне. – Мы, с тобой, Семён, остались в дураках. Меня хотят в горы загнать, к чёрту на рога, а тебе дело поручили невыполнимое.

– Александр Васильевич, но посудите сами, как я мог поднять руку на Великого князя? – Возмущению моему не было предела.

– Тихо! – прижал он сухой перст к потрескавшимся, бесцветным губам. – Кому легче, вам, или мне? Вы Великого князя должны убить, а я – опозорить Россию, погубить армию. Но, нет, Семён, ни черта у них не выйдет. Чую, недолго мне осталось по земле ходить. Стар я. И смерть устала за мной гоняться. Но я не уйду из этого мира опозоренным. И вы не смейте думать об убийстве. Лучше займитесь делом. Какая у вас военная профессия?

– Артиллерист.

– Чудесно! И помните, в моей армии каждый солдат, каждый унтер, каждый офицер думает только о победе. Мы – русские люди. Генерал Розенберг, чёртов немец, и тот – русский. Багратион, Милорадович, Дерфельден – все они русские офицеры. Никогда они не будут отступать или, тем более, сдаваться в плен. Умрут, но не сделают ни шагу назад. Не бойтесь. – Он похлопал меня по плечу. – Вы смелый человек, коль с Ушаковым целый год воевали. Честь свою вы не запятнаете.

А Аракчеев ваш, уж извините, – дурак. Опасный дурак.

* * *

Где-то надо было остановиться на ночлег. Мне удалось найти в этом маленьком городке квартиру. Вернее, нашёл её мой ординарец. Ко мне Милорадович приставил расторопного солдата. Невысокий, коренастый, ходил аршинными шагами. Всегда чисто выбрит, усы расчёсаны. Мундир идеально чист и отглажен. С моими вещами он не церемонился:

– Ну и барахла у вас, ваше благородие! Мешок, сундук, да ещё коробка с пистолетами. На кой все это вам? Наши офицеры в начале похода тоже барахла с собой навезли.

Есть такие, которые даже гончих собак прихватили. А теперь все бросили. Война – работа серьёзная. Вон, один офицер молодую жену с собой взял. Его убили недавно, а барышня теперь страдает.

– А что с собаками стало? – поинтересовался я.

– Так, подохли. Тут самим жрать нечего, а он – собак. Голодали, падали наелись, да передохли.

– А ты сам откуда?

– Сам сусам, воронежский таракан.