Ликующий на небосклоне

Воины расступились, и перед Амени предстало самое ужасное, что он когда-либо видел. Три изуродованных трупа, вернее три кучи разодранного мяса и костей. Его чуть не вывернуло наизнанку. Хорошо, что он ничего не ел. Голова закружилась, и юноша оперся на копье, чтобы не упасть. Несмотря на жару, ему вдруг стало холодно.

У первого трупа была раздавлена голова, как будто ее сжали между двух огромных валунов, к тому же не хватала правой руки, – ее вырвали из плеча. У второго отсутствовала нижняя часть тела. У третьего грудь была разворочена так, что ребра торчали вверх.

Амени отвернулся, не в силах больше смотреть. Но Хуто нисколько не смутила эта ужасная картина. Он присел на корточки возле кровавых останков и стал внимательно хладнокровно их изучать. Через некоторое время он выпрямился и озабоченно произнес:

– Такого я еще не видел. Если это сделал лев, то он очень большой и свирепый.

Появился шаман в своем вороньем оперенье. Старик взвыл, судорожно сотрясая в воздухе глиняными погремушками. Воины склонили головы.

Из дворца вынесли носилки, в которых восседал вождь Руну. За ним следовала немногочисленная свита. После церемониальных приветствий вождь вопросительно посмотрел на Хуто.

– К схватке с таким чудовищем надо подготовиться. Мне нужно дня три, – сказал охотник.

Руну кивнул.

– И еще, – Хуто подумал. – Вдвоем мы не справимся. Вождь должен дать нам в помощь одного из своих воинов, который бы знал местные леса и степи.

Руну оглядел внимательно своих приближенных и заговорил с ними на своем наречье.

Те потупили взоры и молчали.

Хуто подошел к бледному Амени. Того все еще мутило.

– Ты чего? Ни разу не видел растерзанных людей?

– Нет, – признался юноша. – Одно дело видеть разделанного зайца, – совсем другое дело, развороченного человека.

– Могу тебя понять, – покачал головой Хуто. – А если еще представишь, что из тебя зверь сделает такую же кучу рваной плоти вперемешку с костями – кровь стынет.

– Ты понимаешь их язык? Нам помогут? – спросил Амени.

– Перед тобой бесстрашные воины, которые, не задумываясь, бросятся в бой на противника в десять раз сильнее.

Единственное, чего они бояться, так это – духов. Страх перед злыми божествами превращает сильных мужчин в испуганных детей.

Тем временем Руну перешел на крик. Воины попадали на колени, но продолжали молчать, не смея поднять глаза. Вождь вздохнул и обратился к Хуто:

– Я не могу никого заставить. Если даже прикажу содрать с них живых кожу, они не пойдут с тобой.