Ликующий на небосклоне

Множество полок заполняли круглые деревянные пеналы, в чреве которых хранились бесценные свитки.

– Вот мое богатство, – с гордостью указал Хотп на полки.

– Воистину! Если этот шкаф заполнить золотыми слитками, то его не хватит, чтобы купить и один из этих свитков, – поддержал его Неб.

Хеви подошел к шкафу и прочитал названия на торцах цилиндров, как магические заклинания: «Сотворение мира». «Сотворение луны». «О небе и о звездах». «История во времена правителей Небка, Джосра, Семхебхеба». Неужели все это должно было сгореть? – Он пожал плечами.

 – Я не могу понятью правителя. Он всегда тянулся к знаниям, сам заставлял нас читать старинные свитки. Вспомните, как Тот, кого любит Йот запоминал слово в слово целые философские трактаты, – и вдруг решил все это уничтожить.

– Не будем осуждать Того, кто выше нас, – приложил палец к губам Хотп и пригласил всех присесть за стол. – Время всех рассудит и все расставит по местам.

Слуги принесли свежее пиво и горячие пирожки. Старшие принялись вспоминать свое голопузое детство и горячую юность, смеялись над своими давними приключениями, иногда вздыхали.

Затем Неб подошел к шкафу, достал несколько старых потемневших пеналов, и они с Хеви принялись разбирать наполовину забытые письмена; переговаривались в полголоса; морщили лбы от натуги.

– Давай не будем им мешать и пройдем в сад, – предложил Хотп племяннику.

Амени послушно последовал за дядей.

Вечер с багровым закатом переходил в прохладную ночь. Деревья перешептывались с легким ветерком.

Кричали ночные птицы в камышах. Доносилось громкое кваканье лягушек. Шакалы противно заплакали где-то в долине спящих. Все вокруг становилось черным, и только горело звездное небо, да на том берегу сиял вечерними огнями город живых.

– Как встретил тебя Вечный город? – спросил Хотп, кивком указывая на Уаст.

– Я никогда раньше не видел такого великолепия, – признался Амени. – даже не мог предполагать, что человек способен построить такие высокие храмы.

– Человек многого может достигнуть, и силы его безграничны, – улыбнулся Хотп.

– Наш род всегда жил здесь? – поинтересовался юноша.

– Тебе, разве отец не рассказывал про деда?

– Он, только, говорил, что дед был известным жрецом.

– Действительно, мудрейший Себхотп прожил славную жизнь. Его труды хранились в Доме Жизни рядом с папирусами таких известных мудрецов, как великий строитель Хотеп – чати[29 - Чати – высокий сан, советник правителя.