Под знамением Бога Грозы

Если они сейчас не отдадут свои перстни и браслеты, то завтра будут ходить голыми. Сикель золота не стоит и песчинки святой земли Хатти. А кто будет противиться – тех изгнать из Хаттусы навсегда!

– Согласен. Тебе я и поручу собрать золото с сановников. Сам я, как не тяжело мне этим заниматься, раздобуду серебра в храмах. Брать у Богов – кощунство. Но иного выхода нет. Пожалуй, и таваннанна кое-что отдаст из своих бесчисленных украшений.

Иссихасса склонил голову в знак признательности, за оказанное ему доверие.

На самом деле он постарался спрятать лицо, чтобы никто не заметил, как жадно сверкнули его маленькие глазки.

Дальше обсуждали: как лучше составить армию, сколько понадобится колесниц и повозок, сколько нужно будет времени для подготовки войска к походу; чем вооружать пополнение. Покончив с делами, Суппилулиума всех отпустил.

Вошел мешедь и сообщил, что великая, звездоподобная таваннанна ожидает лабарну к обеду на своей половине халентувы.

Фыракдыне сама встретила супруга и повела к столу. Прекрасной таваннанне уже исполнилось двадцать шесть. Она принесла властителю трех сыновней. Но красота ее нисколько не померкла.

Длинная хасгала небесного цвета облегала высокую грудь. Тонкую талию стягивал широкий пурпурный кушак. Замысловатую прическу из сплетенных черных локонов покрывала полупрозрачная накидка, спадавшая по плечам до пояса. Изящный золотой обруч охватывал высокий гладкий лоб. Брови гордо изогнулись тонкими дугами.

Нежные руки казались еще тоньше в массивных золотых браслетах. Из-под подола хасгалы выглядывали маленькие узенькие туфельки, расшитые серебром. Пьянящий аромат исходил от Фыракдыне.

– Мир тебе, – приветствовал повелитель сиятельную супругу. – Ты все такая же прекрасная и неотразимая, словно утренний цветок, умытый небесной росой. Лишь только маленькая морщинка появилась возле глаз.

– Хранят тебя Боги, – ответила таваннанна, мелодичным твердым голосом, привыкшим повелевать.

Она сделала вид, что расстроилась. – Мог бы и не говорить о морщинке. Теперь весь день будет плохое настроение.

Мешеди придвинули стульчики, и лабарна с таваннанной сели за накрытый стол.

– Твои повара чудно готовят. А виночерпии настоящие знатоки своего дела, – оценил правитель сервировку. – Но только ради обеда ты пригласила меня?

– Не часто голубь стал навещать голубку, – упрекнула супруга таваннанна.