Русский город Севастополь

Сапоги, башмаки, тапочки без задников послушными парами стояли на прилавке, висели на верёвочках, лежали навалом в корзинах. Сам сапожник сидел на коврике, скрестив ноги, и тачал башмак. С другой стороны от кузни лавка полная цветастых шалей, расшитых фесок, блестящих монист. Старик-татарин в дорогом халате и широких красных шароварах направился к шапочнику. Снял с головы чалму и принялся примерять фески. За ним мелкими шажками подошла, неверное, его дочь: стройная девушка в голубом покрывале. Чадра, увешанная по краю мелкими монетками, скрывала её лицо.

Открытыми оставались только тёмные большие глаза.

– Какая же она стройная! – изумился Жернов. – Красавица, наверное.

– Здесь не любят, когда чужаки таращатся на женщин, – предупредил Кречен.

– И то – верно, – подтвердил Тотлебен. – Вы, поручик, ешьте, и меньше глазейте по сторонам.

Два мохнатых верблюда из узкой улицы выволокли одноосную арбу, загруженную доверху хворостом. Колеса высокие, чуть ли не в человеческий рост. Навстречу две пары волов тащили телегу с мешками.

Повозкам не разъехаться. Погонщики накричали друг на друга, потом принялись принуждать своих животных жаться к лавкам. Торговцы подняли галдёж: Куда прёшь! Не видишь – товар передавишь! Из третьей улицы, примыкающей к площади, под грохот барабана вышла рота солдат.

– А ну, дорогу дай! – закричал пехотный прапорщик на погонщика волов.

– Куда я их? – ругался тот.

– А куда хочешь! В сторону! – требовал прапорщик.

Солдаты гуськом, по стеночке протиснулись мимо телеги, стараясь не вступать в грязь.

Торговцы горланили, наперебой давая советы погонщикам. Наконец арба и телега разъехались, и площадь вновь притихла. Только молоты звонко отстукивали по наковальне, да где-то жалобно пел саз.

Подали поджаристый, ароматный кебаб. Хозяин щедро полил мясо гранатовым соком. На столе появился медный кувшинчик и медные чашечки для вина, тарелочка с зеленью, тарелочка с фруктами.

– Любезный, а вилки с ножами? – напомнил хозяину Тотлебен.

– Ох, простите, – извинился корчмарь и побежал за приборами.

– Странный какой-то, – пробурчал Тотлебен.

– Посмотрите вокруг, Эдуард Иванович, – усмехнулся Павел. – Здесь принято есть руками.

Тотлебен украдкой поглядел по сторонам.

– И в правду. Но мы же не басурмане.

После сытного обеда пешком отправились к коменданту. Благо, домик его находился недалеко. Да и сам городок был невелик.

– Мне документы надо кое-какие справить, – объявил Тотлебен своим подчинённым.