Особо опасный опер

– Блокнот знакомый, – он показал рукой, – там изначально было расчерчено для учёта результатов работы разделочных бригад, когда ты был ещё начальником отряда, но для этого он не пригодился. Он у меня сохранился до 2011 года.

Молодой кивнул и продемонстрировал расчерченные страницы. На первой вверху было написано «Бригада №44». Он перелистал страницы до чистой и приготовился писать.

– Тут такое дело, – Вадим на секунду замялся. – есть вопросы, которые касаются тебя лично, а есть, из области ближайшей истории государства.

Молодой согласно кивнул.

– Кстати, как раз сегодня произойдёт событие, с которого и начнёт меняться история государства. Сегодня 10 ноября 1982 года в День Советской Милиции умрёт Брежнев Леонид Ильич.

Теперь напрягся молодой.

– Ты уверен? Ничего не путаешь?

– Уверен. Как раз это я хорошо помню. Записывай. Только народу об этом объявят завтра в полдень по Москве, хотя, точно не помню. Кстати, у тебя будет возможность убедиться в моей правоте в ближайшее время.

– А почему сразу не скажут?

– Ну, там в Политбюро начнётся грызня за портфели.

Такое впечатление, что просто растерялись. Хотя и готовились к его смерти. Собственно, грызня там уже давно началась. Я точно не помню, кого-то вывели из состава Политбюро, кого-то, наоборот, – ввели. Кто-то неожиданно умер, очень удачно для кого-то. В общем, в этом потом историки будут разбираться. Сейчас для тебя важно не это. Ты записывай, записывай…

Молодой записал: «10 ноября 1982 года умрёт Брежнев».

Ничего не произошло. Потолок не обрушился, ничья голова не лопнула, в общем, мир не перевернулся, хотя история начала изменяться.

– Интересно, – вслух подумал Вадим, – а там, в моём времени в этом блокноте сейчас появилась эта запись?

Молодой задумался:

– Вряд ли. Того будущего уже нет или ещё нет. Оно наступит через тридцать лет, но уже немножко не такое или даже очень не такое.

– А как же быть с теми тридцатью годами, которые я помню? Я же не один их прожил, а вместе со всей страной, со всем населением планеты.

Я же с кем-то общался, от моих слов и поступков менялись и действия других людей. Это же – как снежный ком. На одно наслаивается другое и так в разных направлениях. И пусть я не был царём или президентом, но всё же… Ну да ладно. Всё равно нам этого понять не дано. Пусть об этом думают те, кому по должности положено. Пусть у них головы болят, если они у них есть.

Теперь давай по делу. Сначала ближайшие события в стране. Записывай.