Могильный улей

Я усилено тянулся вперед, но у меня не получалось дотянуться. Лишь только мышцы на прессе немного болели. От усердия покраснели щеки, на лице появился пот, вспотели подмышки, плечи тоже взмокли. Наконец-то я резко потянулся и дотянулся до другого конца. Я схватил рукой конец бинта и завязал морской узел около начала голени, а потом начал тщательно обматывать бинтом вокруг, как будто изолирующей лентой обматывал оголенные провода под напряжением. Боль начала циркулировать и отдавать резкими толчками в коленной чашечке.

Эту боль можно было сравнить с тем, что как будто мне в коленную чашечку забили длинный, раскаленный докрасна на костре гвоздь. Но мне некуда было деваться, мне оставалось только терпеть, потому что, я вам сообщу, я не хочу умирать в этом могильном склепе. Я снизу приложил брусок, моя голень мне напоминала голень вратаря в хоккейной команде. И я так же начал орудовать бинтом, только в этот раз я захотел намотать два раза, но только уже не изолирующей лентой, а серым скотчем. Кстати, совсем забыл, скотч и изолирующую ленту я нашел у нее в аптечки. Обмотав, я получил адскую боль, только она уже адреналином побежала по всему моему телу. Я начал дышать, как будто в комнате было десять процентов воздуха. При каждом вздохе боль отдавалась в горле молниеносными ударами молота, а при выдохе пульсация боли, как лихорадка, ударяла в затылок градом из столовых ножей. Я начал дышать открытым ртом, ловя воздух жадно, но спустя пять минут бушующая огненная паника полностью захлестнула мой мозг. В этот момент я не мог соображать. Я прополз вперед уперся телом в стену и потянул ручку у арочного окна. Окно приоткрылось. Дуновение холодного декабрьского воздуха быстрым поцелуем коснулась моей щеки. Я ноздрями вдохнул воздух.

Мое сердцебиение не участилось, но я чувствовал пульсацию крови в венах, на шее и запястьях. Волоски на затылке у меня ощетинились и стали дыбом. Но вдруг все мои глобальные планы по побегу из этого склепа рухнули, или, я бы сказал, приказали долго жить, но это не столь важно, называйте как хотите.

Я услыхал звук мотора. Он с каждой секундой нарастал и нарастал, становился все громче и громче. Я толкнул ручку арочного окна и закрыл его, а сам размахивая руками в стороны упал на спину, мои больные стопы ног уперлись в ляжки. Началась невыносимая боль, на одной сапог натянулся, как пружина, а на второй ноге брусок почти сплющил икру. Но я успел быстро перевернуться на живот. Обе мои ноги сразу выпрямились, и боль стихла.