За пределами Галактики

Да уж, профессор Верховицкий все еще не мог свыкнуться с тем, что от него теперь в этой ситуации почти ничего не зависит.

– Нормальный он хоть, штурман этот твой? – спросил Верховицкий. – Не заведет он нас в какую-нибудь черную дыру?

– Отличный штурман! – успокоил Сергей. – Для нашей экспедиции – самый наилучший вариант.

– За что сидит хоть? – спросил профессор.

– Ерундовое дело! – заверил его пилот. – Просто не повезло. От вас требуется только внести за него проценты и выплатить небольшой штраф.

– Надеюсь, штраф действительно будет небольшой,– вздохнул профессор.

– Не переживайте, профессор! – успокоил его пилот. – Я его давно знаю, если мы его вытащим, он поведет нас куда угодно.

– Слушай,– профессор вдруг начал волноваться. – А он случаем не из той твоей компании друзей, ну, ты понимаешь, кого я имею ввиду.

– Нет! – тон Сергея был решителен и тверд. – Он не из них, можете на этот счет быть совершенно спокойны.

– Хоть это радует,– Верховицкий облегченно вздохнул. – Ну что, тогда отправляемся в межгалактический отдел по контролю правопорядка?

– Вот это совсем другой разговор! – пилот улыбнулся. – Не переживайте, он вам понравится! За него я готов поручиться!

– Будем надеяться! – вздохнул профессор. – Будем очень на это надеяться.

Да уж, еще совсем недавно законопослушный и порядочный профессор Верховицкий никогда бы не подумал о том, что в самом скором времени ему придется вызволять из самой настоящей космической кутузки какого-то, уж простите, самого настоящего жулика.

Глава 2. Старый друг

Межгалактический Отдел Контроля Правопорядка

– Сережа, может не надо? – профессор Верховицкий уже начал жалеть, что согласился на все это.

– Надо, профессор! – сказал Сергей.

Они вдвоем находились, как верно заметил профессор Верховицкий, в "космической каталжке" и ждали, когда им огласят вердикт по поводу заплаченного ими штрафа и они смогут наконец увидеть того, за кого профессор внес оплату. Жизнь вокруг кипела. В блоке для задержанных огромных размеров халдакианец громким рыком выражал возмущение по поводу своего задержания, гневно потрясая в воздухе всеми своими четырьмя кулаками.