За пределами Галактики

Путь их продолжался уже довольно продолжительное время, потому неудивительно, что спутники пилота уже постепенно начали терять терпение.

– Серега, я готов побиться об заклад на что угодно, что мимо этого движка мы уже второй раз проходим! Скажи честно, ты нас кругами водишь, потому что боишься признаться в том, что нет у тебя тут никакого корабля!

– Осторожнее! – пилот схватил своего товарища за плечо, спасая его от падения. Профессор Верховицкий, уже наученный горьким опытом, скромно шествовал в арьегарде.

– Твою ж космическую скорость! – потрясенно воскликнул штурман Зеро.

Действительно, было от чего прийти в изумление – они стояли на краю огромного провала. Настолько огромного, что его дна не было видно. Оно было скрыто не то туманом, не то дымкой, в клубах которой отчетливо наблюдалась пульсация какой-то жидкости ярко-голубого цвета.

– Не может быть,– потрясенно проговорил профессор. – Сергей, только не говори мне, что там внизу именно то, что я думаю!

– Я не знаю, что вы думайте, профессор, но туда сливают плазму с отработанных реакторов.

– Что?! – профессор Верховицкий едва не задохнулся от негодования. – О нет! Это же просто-напросто экологическая катастрофа! Причем глобальная! Это нарушение закона! Ведь Правительство озвучило и утвердило четкие инструкции по обращению с подобными отходами!

– Правительство на другой планете живет, Игорь Викторович,– усмехнулся пилот.

– Ага,– кивнул Зеро. – Живет и процветает, пока все те, кто гордо именует себя гражданами Секундуса наглухо зависли в Нейросети.

– И потом,– продолжил пилот. – Остаточная энергия, выделяемая плазмой внизу, не дает рухнуть вниз тому, что находится наверху!

Только тут Зеро и Верховицкий посмотрели наверх.

– Не может быть! – только и смог вымолвить профессор Верховицкий. – Неужели это действительно он?

Профессор снял с носа свои древние допотопные линзы, протер их, и водрузил обратно.

– Что, поверить не можете? – улыбнулся пилот. – Да, профессор, ваши древние окуляры не обманывают вас, это действительно "Наутилус".

– Но как? – спросил профессор. – Каким образом?

– Я сам сначала поверить не смог, когда его доставили на Эльмекаук,– вздохнул пилот. – Команда списания в тот день от радости едва в пляс не пустилась – это ж сколько дорогостоящих ништяков с него можно снять, сами понимаете. А меня как переклинило – не дал я им "Наутилус", драться даже кое с кем пришлось. Велел доставить его сюда, сказал, что лично им займусь.