Роман о любви, а еще об идиотах и утопленницах

Бутылка, ударившись об асфальт, со звоном разлетелась совсем рядом с четвероногим, повергнув его в животный ужас и панику. Кошка рванула через трамвайные пути, скрывшись за деревьями парка.

– Нет, Копейкин, не поведу я тебя к старухе. Хоть режь меня, убивай. Что б я тебя! Грабителя, душегуба!.. И вообще, оставь экипаж, я сам поеду.

Инвалид и вправду взялся крутить колеса, но был уже настолько пьян, что въехал в водосточную трубу, не без помощи направившего его туда Андрея, конечно.

– Видишь, Мелодий, убьешься, давай уж тебя домой доставлю без увечий, целехонького, – сжалился Андрей, вновь берясь за ручки коляски.

 – А сколько за день заработать можно, если я тебя возить буду? – спросил он, переводя тему.

– Заработать!! Нормально можно заработать. Я к бабке сбегаю, коляску возьму, и погнали! – Мелодий повернулся в пол-оборота и нетрезво поднял на Андрея глаза. – А ты кто такой?.. Документ у тебя есть?.. – Андрей не знал, что человека так может развезти от двух бутылок пива. – А-а!! Капитан Копейкин, так бы сразу и сказал.

– Далеко еще?

Мелодий нетрезво повел головой.

– На Съезжинскую, на Съезжинскую заворачивай! Я там и живу. А что, уже завернули? Так, уже проехали. В темноте хрен чего увидишь. А ты чего, Копейкин, смотришь?! Вот же мой дом! А ты думал, где я живу?! Вот здесь и живу…

Проехав темную подворотню, они оказались в мощеном уютном дворике со сквером и фонтанчиком в центре. Фонтанчик, конечно, не работал, но внутренность двора сильно отличалась от большинства дворов Петроградской стороны, если бы не большой помойный бак рядом с фонтаном.

– Вон, вон к тому парадняку рули! – распорядился Мелодий, указав в угол двора.

Андрей остановил экипаж перед дверью.

– Как тащить-то, – он смерил взглядом фигуру инвалида.

– А фиг ли тащить, я сам…

Мелодий откинул одеяло, нетрезво поднялся на ноги и взялся за коляску. Оказалось, что одна нога у него была поджата, создавая иллюзию отсутствия. Андрей смотрел на него, еле сдерживая готовое прорваться негодование.

Он терпеть не мог, когда его надували. Хотя надували его или нет, тоже было непонятно, ведь Мелодий и не утверждал, что не умеет ходить.

Несколько мгновений Андрей боролся с душевным порывом дать Мелодию по башке кулаком, но вместо этого добродушно улыбнулся.

– Давай помогу, а то еще с лестницы упадешь.

– Это даже очень может быть.

Они взяли инвалидное кресло за подлокотники и подняли до первого этажа. Мелодий позвонил несколько раз подряд.