Чужими руками

Она вспомнила, как кормила грудью и нянчила Настю, как та тянулась к ней маленькими ручонками и заглядывала в глаза. Было тяжело, но радостно. Малышка росла, начала ползать, затем ходить, говорить. И какая сейчас девушка! Жутко представить, если бы дочки не было.

– Умеете вы нарушать душевное спокойствие, – пробормотала Елена.

– Один ребенок хорошо, а два лучше, – продолжала искушать Астаховская. – Настя твоя уже выросла. Девочка половину времени проводит на соревнованиях, ведь так?

– Постоянно в разъездах, – сокрушенно призналась Петелина.

– Вот-вот, дочь отдаляется, ты скучаешь. А представь, был бы у тебя малыш, сынишка-карапуз.

Астаховская согнула руки и приняла позу, словно нянчит младенца. Елена невольно улыбнулась, в голове застучало: а может, и правда?

Она не позволяла себе задумываться о втором ребенке. Для этого дела надо отключить голову и стать обычной женщиной, а она – цепкий следователь по прозвищу Петля с ненормированным рабочим днем. Развод, одиночество и служба не располагали к сентиментальным мечтам.

Нет секса – ну и ладно, переживу. Вполне понятная защитная реакция. Сейчас у нее есть близкий друг, но он никогда не заводил разговор о браке и детях. В одном Астаховская права: если решаться, то сейчас, возраст поджимает.

– Я вижу, глазки твои заволокло, задумалась, мыслишь в правильном направлении.

Елена смутилась и перевела разговор на другую тему.

– Я вообще-то поблагодарить вас хотела, за йогу. Хороший клуб посоветовали, мне помогает.

Но настырную женщину было не столкнуть с намеченной колеи:

– А как йога помогает беременным, ты бы знала! Есть специальные упражнения, будешь заниматься, родишь легко.

Хоп – и прижимаешь к груди малыша.

Легкомысленное «хоп» окончательно выбило привычную почву из-под ног. У Елены даже руки чуть согнулись и грудь потяжелела.

Петелина возвращалась в кабинет совершенно с другими мыслями, чем уходила полчаса назад. Она вспоминала многолетнее общение с Астаховской и приходила к выводу – практически все ее советы были в точку.

А если и нынешний во благо?

– Елена Павловна, я вас четверть часа жду, не могу дозвониться.

Петелина вздрогнула от неожиданного обращения. У двери ее кабинета топтался эксперт-криминалист Миша Устинов по прозвищу Головастик. Она тронула место на бедре, где обычно висела сумочка. Нет сумочки – нет мобильного: она спустилась в архив без телефона.

– В чем дело? – спросила следователь, догадавшись, что ничего приятного Устинов ей не сообщит.