Неуловимые тени

Валеев сорвался, как только переступил порог квартиры. Жизнь с Еленой отучила его от бранных слов. Оказалось, что существуют безобидные аналоги, все зависит от эмоций при их произношении. Сейчас он себя не сдерживал:

– Так, гражданка, спектакль окончен. Я действительно опер, и при исполнении могу применять силу. Ты это понимаешь?

Продавщица похлопала глазами, ничего не понимая.

– Слушай сюда, – пояснил капитан. – Ты возвращаешь сумку, которую вчера приобрела у поэта-алкаша, и я о тебе забываю.

– Сумку? – Глаза Алины начали тускнеть.

Она еще не верила, что созданное в ее мечтах будущее, не успев начаться, уже рушится.

– А это что такое?

Марат заметил под вешалкой новые кроссовки. Именно такие были в сумке Насти. Он сверился с размером на подошве – совпадает. И понял, что близок к цели.

– Краденные вещи. Где остальное?

На продавщице не было лица, она молчала. Оперативник втащил женщину в комнату, толкнул на диван. Алина прикрыла глаза руками, чтобы скрыть выступившие слезы.

Валеев обошел квартиру, в поисках спортивной сумки.

Слезы Насти были для него в тысячу раз важнее, чем обида пособницы вора. Осмотр квартиры ничего не дал.

Он вернулся к продавщице, отдернул ее руки от лица и потребовал:

– Слушай меня внимательно, Алина. Вчера произошло ограбление. Поэт уже признался. Если ты не отдашь похищенное, сделаю тебя не просто соучастницей, а организатором преступления. Пять лет колонии получишь запросто!

– Я ничего не организовывала. Он просил выпить, а я в долг не даю.

– Где вещи?

– Я примерила, все маленькое, только кроссовки подошли. И еще полотенце взяла – там, в ванной.

Марат метнулся в ванную комнату и вернулся с влажным махровым полотенцем с крупной надписью «Russia». Он потряс им над продавщицей, словно грозил придушить.

– Где остальное?

– У меня нет.

– Советую сказать по-хорошему.

– Утром передала через водителя маршрутки дочери в Молдавию. Он в шесть утра уехал.

– Звони, пусть возвращается, – оперативник едва сдерживал ярость.

– Я не знаю телефона, он меняет симку.

– Врешь!

– Я позвоню домой в Молдавию. Обратным рейсом он привезет. Я не воровка. – Алина обхватила голову и затряслась от рыданий.

Валеев посмотрел на часы – микроавтобус не догнать – и почувствовал себя слабым и беспомощным. Ноги подкосились, он плюхнулся на диван рядом с перепуганной продавщицей. Так хорошо все началось – и на тебе! Впору было и ему хвататься за голову.

8

Стемнело.