Союз трёх императоров

Он выхватил из ножен кортик и ринулся было на негодяя «Дубровского», но его остановил сильный удар в плечо. В него угодила бутылка из-под шампанского – её метнул «Тёмный». Секундного замешательства оказалось достаточно, чтобы бритый амбал успел среагировать и выхватить из-под пиджака браунинг. Упёршись взглядом в чёрный глаз стального дула, Казанцев замер в нерешительности. В том, что мордоворот через секунду нажмёт на спусковой крючок, сомневаться не приходилось.

Но в этот момент вмешался сидевший за столиком «Рабинович»:

– Грища, умоляю, не надо щума! Давай уйдём отсюда на свежий воздух!

Он быстро вытолкал своих друзей к выходу и попутно даже успел бросить на стол крупную ассигнацию (как благородно, блин!).

В дверях бритый «Дубровский» обернулся и, обращаясь ко всем присутствующим, угрожающе произнёс:

– Я – К-котовский! Зап-помните мою ф-фамилию – вы все обяз-зательно её ещё услышите!

Как только троица уголовников скрылась, в тишине раздался чей-то голос:

– Надо вызвать полицию!

«Очень своевременная мысль!» – зло подумал Казанцев.

По выражению лиц посетителей ресторана было понятно, что многим развернувшееся на их глазах бесплатное зрелище определённо понравилось.

Мунивердич был мрачен. Во-первых, он лишился переднего верхнего зуба, и теперь визит к стоматологу наверняка выльется в размер его двухмесячного жалованья. Во-вторых, он чувствовал себя побеждённым, что чрезвычайно ранило его самолюбие. Непривычно шепелявя, он бормотал себе под нос изощрённые ругательства и клятвы достать мерзавца Котовского хоть из-под земли.

Замыв в туалетной комнате забрызганный кровью белый китель пострадавшего Гремислава, друзья вышли на улицу. Город окутала тёмная южная ночь. В небе мерцали звёзды, в бухте дрожали отражения от огней, рассыпанных по берегам и стоящим на рейде кораблям. Оркестр в саду играл Штрауса – им он обычно завершал свои замечательные вечерние концерты.

Поймали извозчика и поехали на Аполлоновку, где Мунивердич снимал комнату.

Чтобы хоть немного разрядить обстановку, Вова-Казанова попытался шутить:

– Я читал, что одна американка застраховала свои зубы на миллион долларов! Тебе надо было последовать её примеру.

Мундель хмыкнул:

– Ничего себе: «одна американка»! Во-первых, это знаменитая актриса Пирль Уайт! Во-вторых, она застраховала свои зубы не на миллион долларов, а на два. Ну, а в-третьих, следовать её примеру мне уже поздно.