Хромая удача. Остросюжетный роман

Конечно серьёзных средств ПВО, например, зенитно-ракетного комплекса «Оса» или даже старинного С-75, с тех пор, как русские уехали домой, в этих местах уже нет. Но какой-нибудь шальной зенитчик, которому почему-то не спится в такое время, может вполне открыть огонь из скорострельной зенитной пушки «Шилка». Ну и ещё «Стингеры» и «Стрелы», которых здесь осталось предостаточно.

Конечно, диспетчер на башне в Луанде уже видит их на экране локатора. Если бы самолёт приближался с юга, то диспетчер, скорее всего, поднял бы переполох.

Может быть, даже какой-нибудь уцелевший МИГ-21 подняли бы на перехват. Но с юга уже давно никто не летает, а севера мало ли кто там может лететь над Атлантикой. Хотя большинство нормальных людей в такое время здесь спят. Поэтому и летает их Антон по ночам.

Красный курсор уже почти в конце зелёной линии. Вот сейчас и начнётся то, за что «Куртис Аэрофлай» платит Волковому и Пилюгину их зарплату. Это посадка в ночной саванне.

– Командир, район Куэбе, мы на месте, – доложил Пилюгин.

– Включить радиомаяк, – сказал Волковой.

Бутлеров пощёлкал переключателями.

– Радиомаяк включён. Системы работают штатно. К посадке готов.

Волковой поправил гарнитуру, выпрямился в кресле и сказал:

– Экипаж, внимание! Заходит на посадку второй пилот до ВПР, посадку выполнять буду я. Посадка с реверсом. Скорость на глиссаде двести двадцать, торец двести, посадочная сто восемьдесят. При уходе на второй круг по прямой двести, круг правый, высота пятьсот.

– Командир, понял, – доложил бортмеханик.

– Командир, понял, – повторил второй пилот.

Внизу справа показались две едва различимые полоски мерцающих огней. Это грузополучатель, приняв сигнал радиомаяка с борта АН-26, зажёг вдоль посадочной полосы костры. Посадочная полоса Куэбе представляла собой выровненную и утрамбованную танками ещё во времена УНИТА[2 - Национальный союз за полную независимость Анголы] полосу длиной полтора километра.

– Вижу ВПП, – сказал Волковой.

– Высота девятьсот, скорость триста десять, – сказал Бутлеров.

– Вижу ВПП, захожу на круг, – доложил Пилюгин.

Две полоски посадочных костров временно пропали из вида и через несколько минут показались вновь прямо по курсу.

– Высота четыреста, скорость двести восемьдесят, снижение десять метров, – доложил Бутлеров. – Высота триста восемьдесят, триста пятьдесят. Командир, точка ВПР[3 - Высота принятия решения]!

Волковой положил руки на штурвал.

– Экипаж, садимся! Управление принял. Включить фары.