Михаил Гущин. Ростовская академия

Хоть налетчики и показали себя медлительными и самоуверенными болванами, я нисколько не сомневался, что они сработали чисто и замели следы. Интересно, кто их послал? Да, один из них назвал фамилию Свиридова, но мне кажется, это не настоящий заказчик, а фамилию истинного виновника произошедшего я смогу узнать только когда доберусь до этого Свиридова. Хотя, что тут думать, я почти уверен, что заказчики – Игнатьевы.

Меня беспокоило другое – налетчик сказал, что он не успокоится, пока не выполнит контракт, поэтому наша встреча – лишь вопрос времени.

Самое печальное, что я сейчас в проигрышной ситуации. У меня нет ни союзников, ни денег, и я даже не знаю где искать этого Свиридова, и насколько он силен. Да и плевать на них, сейчас есть вещи более важные.

Для начала нужно понять куда дальше идти. Мы устроились на автобусной остановке, и я выволок из-под рубашки все деньги, которые успел схватить. Насчитал сто тридцать рублей. На эти деньги можно протянуть недельку-другую, с условием, что удастся найти жилье.

Арина сидела рядом и копалась в простыне.

– Шестьдесят два рубля и немного драгоценностей, которые мы можем продать, – произнесла она.

– Продавать будем только в крайнем случае, – успокоил я ее. – Кстати, на счет твоего услужения. Тебе есть куда идти? Я могу провести тебя до дома твоих родных, конечно, если они не враждуют с Гущиными, и ты можешь быть свободна.

На глазах девушки появились слезы. Наверно она не могла поверить, что этот кошмар с услужением закончился.

– Мне некуда идти, – произнесла она. – Мои родители мертвы, а дом постигла та же участь, что и твой. Игорь Всеволодович был другом нашей семьи и пытался помочь, но у нас были слишком сильные враги. Если ты помнишь, наши отцы заключили соглашение. Отец взял на себя вину за убийство Павла, после чего Игорь Всеславович потребовал сатисфакции. Меня охотно отдали в вашу семью на услужение, а через пару недель мой род был полностью истреблен. Градовых больше нет, и идти мне некуда.

Как же сложно.

Неужели обязательно нужны все эти уловки, лазейки, ужимки… Да, я попал в непростой мир, хоть и многое мне кажется здесь знакомым. Эх, если бы со мной всегда оставалась память моих прошлых воплощений, я бы тут такого натворил! Но, нет. Я могу помнить только то, что происходило в Междумирье, а мои прошлые жизни стремительно стираются из памяти, уступая место воспоминаниям бывшего хозяина тела, и теперь лишь иногда всплывают обрывками во время сильных потрясений.