Домик лесника

Врач, рассказывая о состоянии Лены, в этот момент надолго замолчал. Он зачем-то снял и протер кусочком бинта и без того чистые очки, медленно одел их обратно.

– Выживет она или нет – не знаю. – Наконец, продолжил он.– Гарантий никаких дать не могу. Очень многое будет зависеть, в том числе и от медикаментов, которые мы будем ей давать.

Положение крайне тяжелое.

Лекарства нужны дорогие, импортные; в Большой Мурте таких нет. Если Вы можете купить их и привезти к нам, в больницу…. Но торопитесь, времени очень мало.

Вот рецепт! – он достал из бокового кармана своего халата, протянул Александру Александровичу сложенный вдвое, заранее приготовленный белый листочек. Александр машинально его развернул и мельком глянул на записи. Названия лекарств ему ни о чем не говорили. Пятнадцать лет назад, когда он в такой же страшной аварии был буквально весь переломан, в России таких лекарств в продаже еще не было.

– Сегодня я все равно ночую в больнице, остаюсь здесь до десяти утра.

Так что, если получится с медикаментами, привозите в любое время суток, хоть ночью….

Финансист машинально полез во внутренний карман куртки – туда, где во внутреннем кармане лежал бумажник; вспомнил, что накинул ее на Антона. Он выглянул в коридор, негромко позвал сына. Антон боком протиснулся в дверь, остановился у порога. Видно было, что он ожидает «самого худшего» – то есть того, что его оставят в больнице; и этого ему очень не хочется. Александр Александрович жестом руки подозвал сына к себе, достал из внутреннего кармана «лопатник».

От его внимательного взгляда не укрылось внутреннее напряжение сына.

– Вы позволите мне прямо сейчас забрать сына с собой, в Красноярск? – Спросил он у доктора.

– Да, пожалуйста. Только сначала подпишите необходимые документы…..

Антон не стал дожидаться, пока отец оставит свой автограф везде, где этого требовали правила выписки больных, поступивших в районную больницу, почти бегом направился к «Тойоте» – он видел, что когда отец подъехал, он так спешил, что про сигнализацию даже не вспомнил.

В машине Александр Александрович снова закурил. Нервная дрожь на какую-то долю секунды овладела им, но он усилием воли справился с волнением. Стараясь больше не поддаваться сильному нервному напряжению, понимая, что в теперешнем его состоянии он уязвимее, чем обычно, он медленно, все время контролируя скорость движения машины, поехал в Красноярск.