Симбиот

Её мудрость и осторожность победили в ней её искренность.

Если она сейчас расскажет про тот  камень, то ей обязательно придется рассказать также и о том, что предмет она столкнула в пропасть, у которой, как она думала, вполне может не быть дна. Что, в свою очередь, неминуемо повлечет за собой её же рассказ о причинах, кои побудили её на столь необычное деяние.

И кто знает, не сочтут ли уважаемые Гвардейцы Правителя поводом для её выбраковки то обстоятельство, что она тесно контактировала со странным камнем, и даже спала, обнявшись ним, почти половину ночи?

– Что молчишь? – более грубо сказал другой солдат, делая шаги в сторону женщины-змеи.

 – Нечего сказать, или тебе кто-то прищемил твой язык? – он подошел к Ташше, вцепился снизу в её челюсть всеми четырьмя своими пальцами, воскликнул:

– А ну-ка, старая сучка! Покажи нам свой язычок! Покажи-и! И зубки свои – тоже покажи! А кто тебя знает – старуха-старуха, а кольнешь ядом так, что и охнуть не успеем!

Челюсти женщины-змеи медленно поползли в разные стороны.

– Да какие у неё зубы! – недовольно поморщился один из Гвардейцев. – Она стара, как весь этот мир! Оставь её в покое! Вряд ли она что-то знает!

– Ну отчего же! – неожиданно ответила им Ташша. – Кое-что я все-таки знаю!

Солдаты переглянулись, насторожились.

– Например, я знаю, что ты родом из долины, которая находится на другой стороне Шаа. Ты был третьим ребенком в семье, но твои старшие брат и сестра умерли во младенчестве.

В детстве ты неудачно сделал что-то такое, из-за чего у тебя переломились кости ноги. Правой! – добавила она, несильно хлопнул ратника точно по тому месту на бедре, где у него когда-то был перелом. – Служишь Правителю ты недавно и оттого стараешься больше своих собратьев по оружию. А еще… Не знаю можно говорить это, или – нет, но не так давно между тобой и твоими друзьями был серьезный конфликт. Тебе удалось доказать твою непричастность не знаю уж, к чему там, но я вижу, что ты был полностью виноват, а свою вину свалил на другого. ...

– Замолчи! – рявкнул Гвардеец, замахиваясь на Ташшу. – Если с твоего раздвоенного языка следит хотя бы одно еще слово, я отрежу тебе голову!

– Та-ак! – сказал другой солдат, направляясь к женщине-змее. – Значит, ты – Ведунья?! Поэтому ты живешь здесь одна, отшельницей?

Женщина-змея скосила глаза на первого ратника, осторожно кивнула головой.