Жемчуг цвета крови

Панорама за стеклами флаера медленно поползла назад…

– Здравствуй, дорогой! – Великий князь приветливо улыбнулся. Он сделал шаг навстречу Прозорову, жестом приглашая гостя пройти в сторону роскошного дворца, облицованного дорогим и редким здесь белым мрамором. Впрочем, командующий знал, куда на самом деле указал ближайший родственник Императора. В том же направлении, что и дворец, находился небольшой, но вполне уютный гостевой флигель. Именно в нем обычно останавливался Лев Георгиевич, когда наведывался к великому князю Михаилу.

Прозорова во время подобных – весьма нечастых- визитов в бытовом плане устраивало всё. Его – пилота, большую часть жизни проведшего в тесных рубках Имперских космических крейсеров, – сложно было удивить спартанскими условиями проживания, тем паче, жилищные постройки во владениях брата Императора отличались от дворцового комплекса разве что отсутствием роскоши, но никак не отсутствием комфорта.

Гостевать во флигеле великого князя адмиралу очень даже нравилось.

....Из домика, расположенного наособицу от других сооружений дворца, можно было в любой момент ускользнуть в Новую Ливадию – да хоть поздно вечером, после ужина с чадами и домочадцами Михаила.

В молодости Лев Георгиевич любил, переодевшись в скромное гражданское, никем не узнанный, всласть погулять в одиночестве по ночным улочкам, пропадая иногда до утра. Тогда как на режимном объекте, к коим, несомненно, относился ливадийский дворец великого князя, таких вольностей ему бы не позволили.

– Располагайся, отдыхай! – произнес великий князь. У него был мягкий, обволакивающий баритон, а доброжелательная улыбка, казалось, была приклеена к его лицу. – На ужин тебя проводят....

А потом мы сможем спокойно погулять по тропинкам моего сада. Надеюсь, ты не против?

Адмирал молча кивнул, подхватил тоненький портфель из черной матовой кожи, в котором вмешалось все его командировочное богатство: доклад (в темно-синей папке с грифом «ДСП» – для служебного пользования), пара чистых отутюженных белоснежных рубашек, бритва, зубная щетка, расческа, шампунь… Здесь же хранилось его личное оружие – тридцатизарядный пистолет-пулемет; датчик сопровождения (это устройство обязаны были иметь при себе все госслужащие, занимающие высокие посты), упаковка таблеток от головной боли (сосудистая система адмирала в силу возраста адаптировалась к условиям Умзалы-Екатерины отнюдь не быстро).