Стрела Амура

Может, ты на фортуне и место убийства найдёшь, чтоб нам здесь до второго пришествия не шакалить?

Родин осмотрелся: ночью прошёл дождь, следы волочения видны только возле трупа, собака, может, след не возьмёт.

– Если найду, с тебя пузырь конины, – сказал он Пряхину

– Договорились, – ответил Пряхин, – только уговор: пьём вместе.

Осматривая труп, обнаружили, что у него отрезана правая кисть.

– Он что, коллекционер, что ли? – вслух размышлял Пряхин, – на кой она ему? Ухо ещё… Первый раз такое вижу, ей богу!

– Не поминай имя Господа всуе, – философски заметил Родин и удалился зарабатывать себе на коньяк.

Тем временем, замначальника угла Кожин решил взять быка за рога. Прихватив с собой двух оперов, отравился по месту жительства матери Рябы.

Дверь открыла женщина средних лет, ухоженная, было понятно, что она на себе не экономит.

Не дав ей времени собраться с мыслями, Кожин с порога заявил: «Твоему сыну голову отрезали, знаешь, кто это мог сделать?»

Выронив из рук плойку, побледнев, Ольга Николаевна – так звали мать Рябы – прислонилась к стене и стала оседать на пол, теряя сознание.

Вспомнив, что у неё слабое сердце, Кожин вызвал бригаду скорой помощи. Прибывшие медики привели Ольгу Николаевну в чувство, и Кожин продолжил дознание.

Слегка напуганный обмороком матери Рябченко, Кожин немного отпустил удила и уже спокойно спросил:

– Ольга Николаевна, когда вы последний раз видели сына?

– Вчера. Он ко мне вечером в ресторан заезжал, привёз коробку французского вина для банкета.

Сказал, что сидит с друзьями в «Полёте», отмечают день рождения Вандяки какого-то.

Исчерпав вопросы, Кожин поехал к Рябе домой. В квартире дверь никто не открыл, что ещё больше убедило оперов, что на заборе была голова Рябченко.

Когда Кожин вернулся, осмотр места происшествия закончился, тело и голову отправили в морг.

Родин каким-то невероятным чутьём нашёл-таки место убийства – как раз напротив ресторана, которым заведовала мать Рябы, и тем самым добавил лишнюю монету в копилку для голосования «Кто за Рябу».

Итак, по результатам первоначальных мероприятий было установлено: убит мужчина 30–35 лет ударом ножа в сердце со спины. Предположительно Николай Рябченко, уголовный авторитет, вызывающий оскомину на зубах оперов одной своей фамилией. От трупа отделены голова и кисть, причём отделены они профессионально. От головы, в свою очередь, отделено ухо. Кисти и уха на месте не обнаружено.