Путешествие в Ерундистику

Ерундийцы оказались крепкими ребятами. Их привычка бурно веселиться была выработана годами, натренирована и стала, как говорят в таких случаях, вторым «Я». Без этого они не представляли себе жизни. Их организм требовал постоянного движения – движения в ритме танца.

Но даже самому натренированному спортсмену нужен отдых, и жители Ерундистики не были исключением. К полуночи часть из них начала уставать. Люди группами стали покидать площадь. Толпа редела. Музыка стала чуть тише, а ее темп замедлился.

Оба Саньки, чьи балахоны были насквозь мокрыми (хоть выжимай), уже еле волокли ноги.

Их соседи также были истощены праздником и начали собираться по домам. В этот момент к вяло танцующим из толпы вынырнул Аху Печ.

– Вот вы где! Еле вас нашел. Идемте! Нам еще до района Абсурд добираться – устраивать вас на ночлег.

– Ура! – воскликнул Санька-сын. – У меня уже все болит.

– О, нет, – с сожалением выдавил Санька-отец. – Может, еще останемся, ненадолго?

– Давно не танцевали? – спросил Аху Печ и, не дожидаясь ответа, заключил: – Ничего, праздник будет долгим, еще натанцуетесь!

– Надо идти, – шепнул Санька отцу.

 – Ты что, сюда танцевать приехал?

В нем вдруг заговорило чувство долга. Останься отец в прежнем облике, возможно, Санька так и продолжал бы ждать от него инициативы. Но теперь, когда Александр Иванович превратился в подростка, мальчик чувствовал ответственность за них обоих. Кроме того, им двигало любопытство, хотелось больше узнать об этом городе.

«Танцоры» попрощались со своими новыми друзьями и пошли вслед за Аху.

Спустились сумерки. Небо из голубого превратилось в фиолетовое. На выходе с площади, в уже знакомом сквере, новоиспеченные танцоры бросились к питьевым фонтанчикам. Аху не стал торопить их и терпеливо ожидал, когда оба Саньки напьются. Мокрая одежда ребят лучше всяких слов говорила о том, что их организмам требовалось восполнить недостаток воды.

Вскоре все трое на платформе плыли по городу. На улицах стало тихо, от недавнего дневного шума не осталось и следа.

Кое-где еще встречались группы людей, которые возвращались с праздника по своим домам. Чем дальше платформа удалялась от площади, тем реже становилась застройка.

Дома ерундийцев, напоминавшие пирамидки из сливочного крема, отличались от больших городских зданий лишь размером. Если в центральной части строения перетекали одно из другого, то здесь, в спальных районах, они стояли на небольшом расстоянии друг от друга.