Долгая дорога домой

Так он послал меня… Джероми сказал, что мы перестали быть свободной страной, янки хозяйничают у нас, как у себя дома. Самая тихая улица города в одночасье превратилась в бедлам! Они убили старого доктора, который пошёл к Бальтасарам, чтобы выяснить причину такого крика. Просто ударили по голове, и он умер!

– Вы это сами видели, тётушка Эми?

– Нет, но если бы доктор был жив, он бы никогда не позволил целой ораве легавых находиться в своём доме. Даже когда он вёл приём, очередь всегда дожидалась на улице.

В его доме никогда не было столько людей одновременно… Да, когда я была молода, у меня тоже получалось довольно ловко работать заступом в саду. Пойдём в дом, мой мальчик, я плесну тебе немного кальвадоса.

– Как-нибудь в другой раз, тётушка Эми, – отказался Бранко от приглашения, наблюдая за домом через дорогу.

В это время к дому Бальтасаров подъехал тот самый фургон, что стоял в тупике, и четверо крепких мужчин вынесли из дома и погрузили в автомобиль двух людей, закованных в наручники и с мешками на головах.

У мужчины была сломана нога, женщина была без сознания. Это и были супруги Бальтасар. Бранко дождался, когда уедет автофургон, распрощался с тётушкой Эми и быстро ушёл из самого тихого квартала города. Явка была провалена.

Как потом выяснилось, вся агентурная сеть была арестована почти одновременно. Избежать ареста удалось лишь резиденту и связнику, но последнему ненадолго.

В уличном кафе Los Ranchos, что расположилось на аллее Сальвадор Альенде, за последним столиком сидела молодая эффектная женщина лет тридцати, с пышной шевелюрой тёмно-каштановых волос, которыми играл ветер.

Её карие глаза были спрятаны за стёклами зеркальных солнцезащитных очков фирмы «Монтана».

Вторая чашка чёрного крепкого кофе по-мексикански, выпитая за последние полчаса, не принесла, как обычно, чувства успокоения. Прошло два дня, а связи с агентурой не было, да к тому же и единственный человек помимо неё, знавший всю агентурную сеть, тоже исчез.

Достав пачку тонких сигарет «Данхил», она сунула одну из них в рот, но прикуривать не стала. Нижнюю губу слегка потряхивало, и это движение передалось сигарете. Нужно было как-то успокоиться, чтобы её волнение было менее заметно.

Убирая пачку сигарет обратно в сумочку, она увидела приближающегося связника. Сорокалетний мужчина с выгоревшими на солнце пепельными волосами шёл по противоположной стороне улицы.