Маргинал

Вторую я выбросил после того, как в ней около шести часов варилась курица, пока я безмятежно спал и видел сны о чём-то светлом и прекрасном. По результату кура облачилась в чёрное хрустящее платье, подолом которого прочно срослась с кастрюльным днищем.

Вполне вероятно, эта кура являлась при жизни прожжённой блядью и блудила направо и налево, не разбирая петухов, и теперь мало того что должна была быть заслуженно сварена в кипятке, так ещё как следует пропечена (редактор LibreOffice предложил заменить слово “пропечена” на “пропатчена”) до костей и стопроцентной сухости в раскалённой камере.

А столь крепкий сон – нарочно для этого – наслали на меня добрые ангелы, как я и старался со светлой грустью в голосе объяснить соседу, разбудившему меня усиленным и настойчивым стуком в дверь. Его прихожую и комнату, видите ли, заволокло дымом, и он, видите ли, испугался и собрался вызывать пожарных. Тогда я, осознав, что ангелы, творящие загробную справедливость, не производят на соседа должного впечатления, резко охладел, а, охладевши, хотел довольно скупо ему заметить, что если всякий малохольный дурак станет от скуки по ночам вызывать пожарных по всякой ерунде, так из этого ничего хорошего не выйдет. Например, из-за его нелепых капризов где-нибудь рискует взаправду сгореть дом, и на сей раз могут пострадать не только мёртвые голосистые потаскухи. Однако я не стал растрачивать свой дар красноречия на какого-то недоноска. Пробормотав, что всё в порядке, я поскорее закрылся от этого недотёпы дверью.

Ох уж эти соседи.

Но вернёмся к последней кастрюле. В ней ещё оставалась кофейная гуща. Не так чтобы мало и не так чтобы много. Говорю «ещё», поскольку я до того момента надеялся, что этот отстой сам как-нибудь испарится, оставив кастрюлю как бы вымытой. Так вот, набрал я воды, налил подсолнечного масла и сварил макароны с остатками кофе. Я масла подливаю, чтобы макароны не подгорели. Но они всё равно пригорают. И пригорая, угорают надо мной. Или угорая, пригорают. Повторяю, в быту я человек совершенно беспомощный, оттого и неприхотливый.

Проверил, работает ли комп. Работает, но только системник. Клава и мыша не работали. Да и как им работать-то с вырванными клавишами и проводами? И чем они мне не угодили… Но главное, системник работает. Если бы я его залил, как предыдущий пивом, я бы тут же повесился. 72 штуки цена моего системника.

Но великолепный в своём роде бардак в зале – ещё не самое жуткое. Самое жуткое начнётся сейчас… Где телефон? Вот телефон.