Трагедия Павла Тувича

До безмятежно смеющихся женщин, переговаривающихся между собой, доносится хруст косточек, ломаемых вращающимся винтообразным валом. Из горловины мясорубки редкими фонтанчиками брызжет кровь. Но матери продолжают переговариваться. Выходное отверстие мясорубки перекрыто круглым металлическим мелкодырчатым диском. Из дырок выползают тоненькие колбаски фарша с белеющими осколками костей и кусочками пеленок. Колбаски фарша похожи на червяков, если насаживать тех на крючок. Они также судорожно извиваются. Фарш падает в подставленный тазик.

Мясорубка замирает. Черный Исполин откуда-то извлекает пластиковый контейнер. Берет тазик с фаршем и вытряхивает его содержимое в контейнер. На контейнер черный Исполин наклеивает бирку с именем младенца, плотно закрывает крышкой и вручает его ожидающей матери. Женщина берет контейнер с фаршированным ребенком и уступает место следующей матери. Там, где у человека находится рот, у Черного Исполина прорезается алая серповидная полоска. Холодная и беспощадная, как лезвие косы.

И Павел проснулся. И напряженно вгляделся в темноту. Воздух натужно, с хрипом выходил из простывших легких. За окном пропищали две пролетающие мимо «терки», а за ними проплыл огромный пыхтящий «барабан». Аэромобили помогли Павлу избавиться от кошмара. Окно само по себе не пропускало наружные звуки, но закрывалось не плотно. В результате шум с улицы часто проникал в комнату. В основном, он состоял из писков снующих мимо торопливых такси, изредка – громоздких фур «барабанов».

Теперь Павел от макушки до пят исходил пылающим жаром, а голову будто сунули в печь крематория, но скинуть одно из одеял не представлялось возможным – руки превратились в безвольные, разваренные мягкости. Вместе с тем кожа высохла, словно песок пустыни под палящим солнцем. Пересохла и глотка, пересохла, как никогда, и колола болью, которая прочно засела в хрипящих легких, растекалась оттуда, отдавалась в висках. Жидкостей в организме катастрофически не хватало. Даже на то, чтобы пропотеть.

Возле кровати, на тумбочке, стояла керамическая кружка. Павел не помнил, оставалась ли там еще вода, но нужно бы как-то проверить. Скривившись от напряжения, он сумел заставить вялую руку подняться и протянуться к кружке.

2

Павел Тувич появился на свет самым обычным малышом в самой обычной семье Софьи, товароведа в гипермаркете «Green sun», и Ральфа, роботехника на автозаводе «Gute».

Почти каждую пятницу Ральф упивался вдрабадан.