Три экстрасенса. Фэнтези

Георгий и Глеб разгружали машину и заносили в дом коробки с оборудованием для работы и чемоданы с вещами.

– Мне переодеться надо, – Алина с легким пренебрежением поджала губы, зная, что простое невымученное кокетство ей к лицу.

– Пойдем, покажу тебе твои апартаменты, – Глеб рукавом широкой красной рубахи вытер обильный пот со своего широкого лба, подхватил чемодан Алины и с удивительной для его грузной комплекции легкостью поднялся на высокое крыльцо большого одноэтажного дома.

Алина последовала за ним.

Они прошли через объемный пятиугольный холл, продуваемый слабым бризом сквозь открытые французские окна.

Тонкие занавески холла раздувались в такие формы, что в воображении Алины они походили на гигантских беременных женщин.

В ведущем из холла коридоре, на свежевыкрашенных стенах висели картины с яркими морскими пейзажами.

Глеб по-хозяйски отворил одну из коридорных дверей, вошел в комнату и не без гордости сказал:

– Номер – люкс: телевизор с интернетом, сплит, душевая кабина и туалет.

Переступив порог, Алина в задумчивости осмотрела помещение: стены, потолок, тяжелые синие шторы на окнах. При виде большой двуспальной кровати, аккуратно застеленной тонким розовым пледом, она удивительным образом смутилась и покраснела.

Глеб, стоя рядом, передернул плечами, как будто его прошиб озноб.

– Все будет хорошо, Алина. Поверьте мне, – Глеб улыбнулся и опустил козырек красной бейсболки на глаза, – в этом краю, знаете ли, сама природа наполнена глубинным романтическим смыслом, а воздух насыщен чудодейственными флюидами, распыляемыми щедрой музой любви, – как бы невзначай, Глеб коснулся руками ее локтей, – да, кстати, здесь на много километров ни души.

Так что, купаться на нашем маленьком пляже можно нагишом. Это здесь не возбраняется, а наоборот, приветствуется.

«Ну нагишом, так нагишом», – с сильной иронической доминантой проговорила про себя Алина, когда дверь за Глебом, наконец, закрылась.

Она быстро разложила по шкафам вещи и, переодевшись в свободного покроя сарафан, выпорхнула из дома.

Дорога к морю оказалась узкой извилистой тропкой, петляющей меж старых сосен. Стволы высоченных деревьев наверху обросли пышными шапками пахучих зеленых крон.

Разноголосые трели райских птиц, сливались с приближающимся шумом морского прибоя.

Чистейший морской воздух, разбавленный источаемыми соснами хвойными примесями, напомнил Алине слова Глеба о присутствии в здешней атмосфере щедрой любовной музы.