Ловелас и его женщины. Любовный роман

Он старательно исполнял роль исправного семьянина, а Елена, как казалось, исправно ему подыгрывала.

Каждый день во время обеденного перерыва Виктор звонил Линде. Он больше не клялся ей в любви, но обещал в ближайшее время прийти с деньгами.

Линда оставалась для него женщиной номер один. Она была на первом плане, и он отводил ей первостепеннейшую роль в своей дальнейшей жизни.

Ближе к концу второй рабочей недели у Виктора появился товарищ – Павел Аркадьевич или Паша, как его звали сослуживцы.

Паша уже несколько лет работал в коммерческом отделе фирмы.

От других служащих он отличался своей страстной любовью к компьютерам.

Павел Аркадьевич в свободную минутку рассказывал Виктору о каких-то безумных игровых новинках и разразившихся в сети сумасшедших скандалах и дискуссиях.

Давая оценку происходящем в интернете событиям, он всегда радовался, как ребенок. Его не самая внятная шепелявая речь то и дело прерывалась резким язвительным смешком.

Когда компьютерная тема Пашу утомляла, он резко менял направление беседы и принимался перемалывать косточки сослуживцам.

Несмотря на свой возраст, а ему было слегка за тридцать, Паша не был женат. По какой-то причине отношение к семейной жизни у него выработалось очень уж легковесное.

Вдаваясь в глубокие подробности чужой личной жизни, он нисколько не соотносил их со своей собственной. Сослуживцы были для него в каком-то роде инопланетянами, некстати слетевшимися на его родную компьютерную планету.

– А ты знаешь, Настя Аликина втюрилась в Стаса, – однажды за обедом поведал Паша Виктору.

Обедали они в столовой, расположенной неподалеку от офиса.

– Настя – это из планового? – с интересом спросил Виктор.

– Да. Блондинка крашенная. Ты наверняка обращал на нее внимание, – Паша хихикнул и посмотрел по сторонам.

– Обращал, я думаю.

– По поводу ее романа со Стасом, – Паша еще раз посмотрел по сторонам и понизил голос до шепота, – уже до Аллы дошло. Вчера наша директриса вызвала Настю на ковер и задала ей по полной: унизила, пристыдила, отругала.

Только, я думаю, даже такая взбучка вряд ли поможет. Настя не остановится, она же страстная, как пудель. Следующим может быть кто угодно. Может даже и ты.

Виктора часто удивляли Пашины сравнения. И сейчас он не совсем понял, почему любовная страсть в Пашином представлении была отождествлена с пуделем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».