Звёздная Общага – 1

Его принялись охаживать ногами.

– Хватит, хватит, довольно! – сказал насмешливый голос. – Всё же он пристрелил моего должника. Парень нехило задолжал бабла. И я ему говорю, вот видишь этих двоих? Подкрадись и попробуй вырубить обоих, и я прощу долг. А он возьми и поведись. И ведь, сука, подкрался. Мораль: не ебите мне мозги.

Из тени густокронного дерева перед бледно-синей двухэтажкой вышел высокий здоровяк в кожанке, лысый и улыбчивый. Его шею утеплял шарф. В руке он держал арбалет.

– Я соврал! – воскликнул здоровяк.

 – Я прятался не в окне, а за деревом. Га-га!

Он остановился в нескольких шагах от уборщиков.

– Ценностей у нас нет, – сказал избитый Воста, сидя в пыли и вытирая кровь с губы.

– Встали бы, – снисходительно разрешил лысый, махнув арбалетом, – а то неудобно как-то.

Воста поднялся, заняв более выигрышную позицию. Но Авьера вставать не спешила. Улыбка исчезла с лица лысого арбалетчика, словно ветер сорвал. Его взгляд околючился. Здоровяк покачал головой. Он чем-то напоминал варана.

Чем-то неуловимым.

– Поднимайся, красотка, а то важное застудишь, – грубо повторил лысый.

Авьера не шелохнулась.

– Не вынуждай на крайние меры. О твоём же здоровье пекусь, дурочка.

Тогда Авьера поднялась. Она сомкнула пальцы на древке стрелы, торчащей из плеча. И, дёрнув щекой от боли, вырвала и отбросила стрелу, как гадливую пакость.

– Спасибо за такую опеку, – процедила она.

Здоровяк секунду пялился на неё, а потом разгоготался.

– Га-га-га! А твоя подружка-то крутая, ваще крутая! А вот ты, чувак, что-то подкис.

Ну ничего, сейчас взбодришься. Кандибобер!

Кандибобером оказался рыжий дрищ, забравший токобои. Загребущей оплеухой он свалил Авьеру. От удара у неё зазвенело в ушах, а мир расплылся на пятна. Если бы не спарринги с Востой, было бы гораздо хуже.

– Да не её, тупица! – рассердился предводитель и нетерпеливо махнул арбалетом. – А его! Мы же отрабатывали этот сценарий!

Бандюга пожал плечами и двинул Восте в челюсть. Воста слегка отвёл голову и смазал удар.

Для вида схватился за челюсть и пошатнулся. Авьера, скривившись, прижимала ладонь к глазу.

– Ты как? – спросил Воста, «придя в себя» от удара.

Авьера отняла руку. Скула нарядилась тёмно-фиолетовым синяком. Подбитый глаз прищурился, хитро и задорно.

– Твою жену проткнули стрелой, – прошипела она, – дали ей ногой в спину, подбили глаз, а ты спрашиваешь: как ты? Да лучше всех, блядь!

– Ого, да вы голубки! – воскликнул арбалетчик.